— Пережарено, — пожал я плечами.

— Тебе угодило бы только сырое мясо! А лучше живой гурин! — улыбнулась подруга, запивая из банки.

Я хищно оскалился:

— Согласен. Самое вкусное — это пойманное на охоте. Но я бы предпочел охотиться не за гурином, а за тобой.

Леона звонко засмеялась, а потом внезапно зарумянилась и смущенно отвела взгляд. Выпила, закусила и, откинувшись на спинку дивана, задергала ворот своей кофты. Ткань затрепыхалась, то и дело обрисовывая под собой две небольшие округлости с напряженными горошинами. Я до скрипа сжал челюсти. В штанах снова стало очень тесно, а в животе горячо заныло. Но возбуждение тут же затопило другое чувство.

— Почему ты без нижнего белья? — мой вопрос прозвучал немного жестко.

Девушка перестала мечтательно улыбаться, перевела удивленный взгляд на свою кофту, а потом его вернула, но уже злой и обиженный.

— Забыла! А что?

Вместо того, чтобы прикрыться, она гордо выпрямилась и уперла в бока руки. Ткань предсказуемо натянулась, соблазнительно обрисовывая девичью гордость. Я сжал кулаки. Внутри меня закипела странная ярость. И азарт подавить ее глупое упрямство.

— Мы должны быть незаметными, но твои голые сиськи привлекают много лишнего внимания!

Я мотнул головой в сторону соседней кабинки, где как раз один из мужиков снова вытаращился на Леону. Пялился он, конечно, не из-за сисек, их он при всем желании оттуда не смог бы разглядеть. Его привлекала энергия омеги, которую девчонка даже и не собиралась прятать. Но ей я этого пояснять не стал.

— И ничего они не голые… — надула губы девушка, проследив за мной взглядом, но руки на груди все же скрестила, — И я так-то не одна, а с другом!

— С альфой, — поправил я, на что Леона вскинула подбородок и сощурилась.

— Ты не можешь мне указывать, как одеваться и как выглядеть! Ты не мой альфа!

— Временно.

Леона вспыхнула. По выражению ее лица я не смог понять, злится она или радуется.

— А с чего ты взял, что я хочу быть твоей омегой?

Ее слова обидой царапнули в груди.

Что эта коза несет⁈ Разве не она первая присосалась ко мне на пляже? Разве не она сочилась подо мной?.. А это ее «да»⁈

— А чьей тогда? — зло оскалился я, — Того мудака из академии?.. Или… или у тебя их было много?

Ляпнул, не подумав, и тут же пожалел. Леона выпрямилась струной, губы мелко задрожали. В широко распахнутых глазах заблестела влага.

— Я не это имел… — попытался оправдаться я, но девушка порывисто встала и бросилась к выходу.

— Леона!

Я вскочил с места и попытался схватить ее за руку.

— Отвали, кобель! — заорала она, умело уходя от захвата.