Мои ноги привели меня в клуб, и я зашел в бар, который уже работал, хотя до дискотеки еще было много времени.
— А вот и наш герой! — за столиком сидел вчерашний парень, у которого пострадало два пальца, один из которых лежал вместе с рукой на столике закованный в гипс. — Иди сюда! Садись! — он кивнул головой на соседний стул. Что ж! Присядем…
— Я уже хотел выдвигаться по известному тебе адресу, чтобы представить перед светлые очи моего шефа твоих Машку и Дашку.
— Она Марина…
— Шеф сказал Машка, значит будет Машкой! Или у тебя другое мнение? Пошли! Выскажешь Питерскому. Ха-ха! Только боюсь, ответ тебе не понравится! — Встаем и идем коридором до лестницы, дальше на второй этаж, потом опять запутанные коридоры. Запомнить бы! Мысли скакали шустрыми сайгаками, а сердце билось как сумасшедшее, разгоняясь лошадиной дозой адреналина. «Инвалид» открыл левой рукой неприметную дверь и шутливым поклоном пригласил войти: — Прошу Вас!
В комнате было накурено и трое присутствующих перебирали стопки денег на большом столе, лежащие разноуровневыми стопками вперемежку с бутылками и закуской.
— Болт! Ты не о… ел! Ты чего заваливаешься! Да еще с хмырем незнакомым! — Высокий мужчина в костюме повернулся в нашу сторону. Он стоял у стола, а его друганы сидели по разным его сторонам на мягких стульях.
— Так, ты же мне сам сказал, Босс! Немедленно тащить к тебе утырка и девок. Вот я и поспешил!
— Не называй меня Боссом! Сколько раз говорить⁈ Что позвонить трудно⁈ Вот ведь бестолочь!
— Так точно, шеф!
— Дверь прикрой! Балбес! — Мой провожатый щелкнул за спиной замком и остался вне поля моего зрения. Сидящие за столом откинулись на стульях и приготовились к представлению, наливая себе в стаканы из пузатой бутылки.
— Это значит из-за тебя у меня вчера было плохое настроение? А вот сейчас оно стало улучшаться! — Он мерзко улыбнулся и стал разглядывать меня рыбьими глазами убийцы. — Не хочешь, чтобы оно стало совсем хорошим? Приведи девчонок и так и быть я тебя прощу… На первый раз.
Стою, молчу не зная что сказать.
— Петрович! Он тебя не уважает! — подначил его один из зрителей, прикуривая сигарету.
— Сейчас зауважает! — Питерский подошел к столу и, выдвинув ящик, достал пистолет. Мое сердце еще более убыстрилось, хотя я думал, что это уже невозможно.
— Вот смотри. Я считаю до пяти и ты соглашаешься или получаешь пулю в лоб. — Направляет ствол мне в лицо и начинает считать. — Раз…
Я лихорадочно пытаюсь одновременно унять свое сердце, решить что делать и угадать выдержит ли защита пистолетную пулю. Мое тело явно было не готово к каким либо действиям, трясясь противной дрожью от ужаса неизбежного.