— Интересная история, Сергей, — заключил я через полчаса рассказа, переглянулся с согласно кивнувшей Ленкой и заключил: — А теперь давайте конкретные детали. И, Лен, — обратился я к Зелёнке.
— Ищу, — согласно махнула ушами хацкер, опуская маску на лицо.
И обрушили, для начала, на меня Серёга и дополняющая и уточняющая Ленка список пакостей. Известных пакостей мёртвого мегаполиса.
От которых я несколько… охудел. Ну ладно, нави призрачные, это понятно и логично. Игоши — неприятно, но тоже понятно. Некротический вариант сына Лешего и Кикиморы, с магией притом, питается физической болью разумных.
Вурдалакаи — в целом, тоже понятно. Умертвия, питающиеся живыми из-за дефицита энергобаланса. Сильные, быстрые, но в разумных пределах: подготовленный человек с топором может вурдалака на куски разделать без особых потерь. Хотя под укус лучше не подворачиваться: некая зараза-проклятье, с которой не факт, что организм справится. И тогда получится, после смерти, вурдалак. То есть убивать такого не стоит, но вот труп — сжигать нужно обязательно.
И, наконец, фигня, которой я ещё не встречал. Упырь, которого западные братцы-славяне вампиром обзывают, ну а не братцы — вообще какую-то хрень напридумывали.
В принципе — следующий «уровень» вурдалака. И, в принципе, маг, умерший от укусов вурдалака, может упырём стать.
Мясо не жрёт, пьёт кровь и колдует, упырь такой. Причём, их в мёртвом городе побольше, чем стоило бы. Довольно неприятный момент, что тут не столица, которую сразу в щебень разнесли. И многие умирали долго, подчас неделями. И даже успев получить магический дар от небывальщины.
Маг, куча некроса, поганая смерть — имеем на выходе упыря. Высшими и низшими эти сволочи не бывали, но неприятные, заплетающие мозги и дебафающие. В смысле слабости всякие, болезни-ослабления. Эта дебаферство при силе и скорости повыше вурдалака.
При этом, то ли небывальщина позаботилась, то ли временное явление, но нежить из мёртвого города не выбиралсь. Нечисть — да, а вот нежить обитала, где жила. Причём если с призрачной это оправдано, то с хрена ли вурдалаки и упыри торчали в радиоактивном могильнике — ни я, ни Серёга не знали.
Правда тут высказалась Зелёнка:
— Как ты говорил Кащей — энергетический дисбаланс. Который они закрывают жизнью. Но на голодном пайке сгодится и…
— Некрос. Но они должны быть послабее, чем на витале.
— Нам хватает, — очень ядовито оповестил Серёга.
Далее, свихнувшиеся домовые, полевые, овинники — эти ребятки как бы не поопаснее нежити выходят. На «своей территории», но тем не менее. И просто убивают людей, свихнувшиеся от энергетического голода. С обитателями домов и хозяйственных пристроев понятно — они заняли жилой дом, в котором медленно умирали. С полевиками и рощевми — та же фигня: им нужна не просто трава-деревья, которые тоже не слишком хорошо на радиацию реагируют. Но и живность, который нет: даже насекомые радиацию выше определённого предела не любят, обижаются и сваливают.