— Я ходил по следу за Вихрями, Звездами, Черными Дырами и один раз даже довелось видеть Гало, — заговорил он на четвертый день, все так же глядя в приборы. — След у каждого свой, но мера у всех общая: чем выше человек стоит, тем он тяжелее. Не буквально, и даже не в плане энергии… Это сложно объяснить, не обладая таким же эфирным телом, так что просто «тяжелее». Ты, Саш, тяжелее, чем любой, с кем я имел дело. Тяжелее, чем Илья даже. Чтобы накопить такую тяжесть… нужно очень много всего.
Что он что-то чует, я подозревал давно, и плевать бы на это, не случись Арсеньева с его папкой. До инспектора чутье Олега было делом между ним и мной. Теперь я знал, как быстро наверху узнавали то, чего знать не должны, и понимал простую вещь: при должном подходе человек не расскажет только того, чего не знает.
— А кто его знает, — пожал я плечами. — Я ведь до сих пор Сфера технически, не забыл? Или может быть, так действует техника укрепления тела. Она построена на металле, от нее тяжелеет все. Энергия, видимо, тоже.
— Я ведь сказал, что дело не в энергии, — покачал он головой.
Подождал, понял, что продолжения не будет, и, хмыкнув, кивнул.
— Ладно, техника так техника. — Он явно не поверил, но решил не спорить.
* * *
Станция висела над мертвой планетой, серой и рябой, и снаружи была устроена просто: кольцо поперечником в несколько сотен метров, три огромных дока по внешнему ободу, в центре башня, к которой от кольца сходились радиальные проходы. Между проходами были огромные, будто бы чуть дутые конструкции, вероятно, выступающие в качестве складов. До разрыва отсюда было несколько сотен километров — для торговой точки ближе некуда.
Олег завел корабль в средний док. Бумаги у нас приняли, не читая дальше первой страницы, ящики Тамары взвесили и поставили в очередь на счетный зал… На ближайшие сутки мы превратились в двух мелких перевозчиков, которым нужно было ждать расчета.
Внутри все оказалось совершенно настоящим и, что важнее, в отличие от разрушенной Черной Дырой базы на астероиде, основательным и уже изрядно пожившим. По внешнему ободу кольца шли конторы и счетные залы, в них сидели служащие, все в одинаковом сером, воздух был свежий, полы чистые.
Но при этом в полу виднелись дорожки, протоптанные тысячами ног. С учетом того, что эти полы из крайне прочного сплава, даже несколько десятых долей миллиметра глубины означали хождение по этим коридорам годами. Такое не подделать.
Да и строить такую станцию ради нас одних было полнейшим бредом. Она, конечно, была поменьше базы отряда три-семь, но на ее постройку явно ушли миллиарды рублей. А склады, как я видел, были заставлены доверху. Человек, попавший сюда по делу, ни за что не заподозрил бы в этой станции ничего, кроме скучного, но прибыльного предприятия.