— Инцидент исчерпан, не стоит беспокоиться, — искренне улыбаюсь раскаявшемуся шведу.

— Мы не держим на вас зла, — кивает Злата.

— Благодарю за великодушие, — герцог отвешивает глубокий поклон, тем самым ритуально завершая конфликт, отныне мы, если не друзья, то хорошие приятели.

— Прошу принять и мои извинения, — взял слово граф Левенгаупт.

— Они приняты, — я предельно лаконичен, много слов тут и не нужно.

— Спасибо! — благодарит Адам.

— Я был не прав, — явно смущаясь, произнес добродушный медведь, барон Георг фон Герц в бою яростный боец, но в жизни весьма застенчивый малый.

— Вы действовали из соображений чести, это главное, — доброжелательно киваю могучему воину.

— Премного благодарен, — с облегчением выдыхает медведь и, хитро прищурив глаз, предлагает, — А не отметить ли нам примирение по старому скандинавскому обычаю?

— Я только за, — понимаю к чему идет, но тут не откажешься.

— Братину нам, с зимним элем!!! — тут же распорядился принц Гессен.

Двое слуг явно были уже наготове, так как натужено, кряхтя притащили устрашающих размеров сосуд. Чара была вырезана из дерева в виде пузатого драккара, в чреве которого плескался крепкий, хмельной напиток. Огненной жидкости в этом монстре было по меньшей мере литров пятнадцать, а то и все двадцать, да плюс вес дерева, братание на самом деле получалось богатырским, только сильные воины могли испить из этой монструозной посудины.

— За дружбу! — дабы облегчить испытание товарищам, первым за дело взялся барон фон Гессен.

Раны, полученные в бою, казалось, ничуть не беспокоили могучего викинга, на «изменяющем тело» все заживало, как на собаке. Георг широко расставил ноги, без видимого напряжения схватил братину и надолго приложился к ее краю. Только двигающийся вверх и вниз кадык указывал на то, что гигант опустошает тяжелый сосуд.

— Эй! — усмехнулся граф Левенгаупт, — Не выпей там все!

— Оставь и нам немного! — поддержал шутку герцог Вангерсхайм.

— Остановите его, он один все выпьет! — засмеялся принц Фредерик, видно, что компания развлекается подобным образом не в первый раз.

— Штокккк… — барон, покачиваясь опустил сосуд на массивный дубовый стол, он явно принял на себя литра три весьма крепкого эля, — Уффффф!!!

Георг утер мокрые губы, надо отдать должное, гигант не пролил ни капли напитка и при этом изрядно облегчил братину.

— Мой черед! — неожиданно вызвался Гессен, а это значит парень физически дотягивает до кондиций «изменяющего тело». Принц играючи поднял деревянную посудину и принялся истреблять пенное.

— Эти двое решили оставить нас без выпивки? — подколол Адам.