Противник спокоен, выдержан и скуп на растраты силы. Внимательный взгляд следит за каждым движением Людвига.
Когда мысль переросла в уверенность, молодой маг прекратил атаковать колдуна и стал внимательно наблюдать за рыргом.
— Последний… буря… догадался… — прорычал рырг, внимательно следя за юношей. — Ждать…
Парень постарался не выдать своего удивления, впервые услышав, что рырги умели говорить на гвинейском, пусть и исковерканном.
— Чего ждать, тварь? — процедил сквозь зубы Людвиг.
— Его ждать! — оскалился рырг и указал пальцем за спину Людвига.
Молодой парень облизал губы и мельком взглянул назад. За спиной оказался Пест с повязкой на глазах и кривой палкой в руках.
Ведун аккуратно подходил к Людвигу мелкими шагами, не забывая прощупывать перед собой землю.
— Рырг говорить… вы слушать… — прорычал рырг и выдернул из-за пояса кинжал. — Рырг долго охотиться на человек. Мы хотеть есть, мы съесть всю рыбу на северном берегу, мы отдавать морю дитя, потому что нет еда. Дитя умереть голодным.
Старый колдун поднял руку с кинжалом и провел себе по лбу. Из раны потекла черная кровь. Капли текли по лбу, бровям и переносице, постепенно заливая глаза. Вокруг колдуна начала сгущаться тьма.
— Мы есть рырг-брат и рырг-мать, мы есть рырг-дитя, чтобы выжить. А твой господин делать корону из кости Муума, нашего большого голоса. Человек отобрать наша земля, человек отобрать наш лес, человек рырг гнать, травить и убивать. Ни один человек не говорить зачем. Никто не сказать, что человек надо. Человек только убивать.
Колдун глубоко вдохнул кривым сморщенным носом и сплюнул на землю черную кровь. Из колдуна начала течь кровь. Пест встал между колдуном и Людвигом. Внутренний взор затмило тьмой так сильно, что даже контур колдуна терялся в потоках темной энергии.
— Моя кровь залить мой глаз. Тьма моей души залить твоя судьба… — после этих слов колдун с размаху всадил кинжал в свою грудь и завалился на спину. Вокруг его тела поднялся черный вихрь. Голос старого колдуна начал эхом разноситься по окрестностям. — Последний буря… будь ты проклят… я прокляну тебя всем родом рырга… я последний слышать тьму… я тебя проклятье… каждый луна ты будешь хоронить наш дитя… каждый луна ты есть свой дитя вместе с нами… когда ты умрешь — с нами будет есть своих детей твой старший сын…
Тело рырга выгнуло, и во все стороны ударила тьма, но не конкретным заклинанием, а вязкой, липкой волной сырой силы. Послышался то ли кашель, то ли каркающий смех рырга.
— Ключ! Назови ключ проклятья! — выкрикнул Пест, когда понял, что делает старый колдун.