Мужик кивнул на остановившиеся группы неподалеку. Пест оглядел группу, и тут до него дошло, что на всю толпу видно всего четыре мужика. Остальные женщины, подростки и дворовые. Младенцев нет, как и стариков.
— Есть, но там припаса на пару ртов… — задумчиво пробормотал Пест. Еще раз глянув на мертвого младенца и обведя взглядом людей, он уже четко и громко добавил: — Я ведун по праву. Врачевать умею и природы даром, и силой своей.
Мужчина еще раз оглядел юношу и задумчиво произнес:
— А не молод ты?
— А ты не на года смотри, ты по делу суди! В сумках утварь лечебная да припасу чуток, — Пест кивнул на поле, куда уходила дорога. — Надобно на поле утварь утащить да место справить под ведовское дело. Сделаем — припас ваш. Каши куль сухой, да мяса вяленого сверток. Уговор?
Пест протягивает руку мужику. Тот недоверчиво глядит на раскрытую ладонь, оглядывается на остальных и в итоге жмет руку Песту.
— Уговор!
* * *
Руки Песта развязали горловину мешка. Недолго покопавшись, из мешка появился мешочек пшеницы и небольшой сверток с вяленым мясом.
— Ты круто кашу не вари. Жиденько, так, чтобы как водица была. Это чтобы с голода детворе животы не скрутило. Сразу круто нельзя, — начал поучать Пест мужиков, которые помогли дотащить мешки и соорудить небольшой навес из жердей и елового лапника. — Мясо, чтобы жевать не думали — вари его до утра. Так и навар для каши сытный будет, и кишок в узел не скрутит.
— Ученые, — кивнул один из мужиков.
— Ну, коли ученые… — пожал плечами Пест и затянул шнуровку на мешке.
— Ты вот что скажи, — начал тот самый мужик с замотанной головой. — Сколько за рану мою возьмешь?
— А что с тебя взять? — хмыкнул Пест, укладывая мешки. — Штаны да рубаха. Вон и топор справный — один на четырех мужиков.
Пест повязал повязку на глаза и протянул руку к лицу мужчины.
— Худо, глаз у тебя вытек и гноя много. — Мужчина напрягся после слов Песта. — Глаз нынче новый не отращу, больно силы много глаз берет, а рану затянем.
Пест повернулся к остальным трем мужикам.
— Вы бы харчи ставили, детвору кормили. Мне только воды надобно поболее, — юноша протянул кожаную флягу мужчинам и кивнул на раненого. — Этого утром вертаю.
Мужики удалились скорым шагом, а Пест уложил на лапник мужика и начал разматывать повязку.
— Если ты ведун справный да помереть не дашь — живота долг за мной будет. Я все, что хошь…
— Звать тебя как?
— Колмор.
— Помощь мне нужна будет, Колмор. Сюда народ погонят со всего севера. Сам знаешь, тварь северная никого не щадит.
— Все, что скажешь…
— То, что скажу — и дурак сделает. Ты так сделай, чтобы с голодухи никто не преставился, чтобы в кулаки никто не шел. Нам на этом поле сидеть, пока северную тварь на островах не выбьют. А сколько то времени займет — никто не ведает. Может и так стать, что зимовать тут придется, — юный целитель размотал рану и, дунув пару раз черным дымом на руки, аккуратно начал ощупывать разбухшую рану на лице мужчины. Начиналась она со лба, а заканчивалась на подбородке. Рана была глубокая и местами рассекала кожу до костей. Края раны ярко-красные, местами виднелись сгустки гноя.