— Демонёнок! Ты серьёзно про женитьбу? — сквозь сжатые зубы спросила я, делая шаг в его сторону.

Он, сглотнув и начав пятиться, всё-таки ответил: — Вполне! Но я тут ни при чём!

— А кто при чём⁈ — прорычала я.

Осознание ситуации начало доходить до меня, но вместе с ним злость мешала адекватно мыслить. Я всё равно не могла поверить, что боги могли так поступить. Но растущее бешенство уже нельзя было остановить. Я машинально выхватила оба клинка. И когда увидела, что парень тоже обнажил мечи, встал в боевую стойку готовый сражаться, обида и возмущение поглотили мой рассудок. Я бросилась вперёд и сделала выпад, прозвучал звук соприкасаемой бьющейся стали, и он, как я и учила, грамотно отбил мой выпад и отпрыгнул назад. Тут сзади за руки меня схватили Умарт и Везунчик.

— Виола, хватит! Успокойся! — прокричал мне в ухо Везунчик.

Я упала на одно колено, но эти пособники мальчишки держали меня крепко. Взглянув демонёнку в глаза, я поняла, что сейчас он готов сражаться до смерти. Это был уже не он, это был взгляд не мальчика, в его глазах полыхала сама бездна. Это моментально меня остудило.

— Да, отпустите вы меня! Я спокойна! — рыкнула я на этих двух придурков.

Они меня отпустили, отошли на пару шагов назад, опасаясь огрести за компанию, но были готовы вновь броситься удерживать меня от расправы и убийства своего двинутого на голову товарища. Я встала, убрала клинки, развернулась и молча двинулась вглубь леса.

Противоречия по поводу утверждения моего замужества с этим наглым мальчишкой боролись во мне, а гнев мешал адекватно мыслить. Я услышала, что за мной кто-то идёт следом и пытается это делать скрытно. Воспользовавшись ускорением, я сместилась за приличное по толщине дерево. Присев и выглянув из-за другой стороны ствола, я узнала Умарта, наверняка мальчишка попросил его проследить и проконтролировать, чтобы я глупостей не наделала. Злоба ещё кипела во мне, и я решила хоть немного отыграться на нём, за то, что он со своим дружком посмел хватать меня за руки.

Дождавшись, когда он поравняется с местом моей дислокации, я прямо из сидячего положения пробила ему в грудь и, вскочив, добавила ударом в челюсть. Умарт, не ожидавший такого развития событий, не успел уклониться и упал. Я выхватила кинжал, приложила лезвие к его уху и, нагнувшись к этой части тела, которую готова была сейчас отрезать, пообещала, что если он последует за мной, то обязательно его лишится. Умарт, зная мой нрав, поверил моему обещанию и пошёл обратно в сторону лагеря. Я двинулась дальше вглубь леса, мысли путались, злость никак не отпускала. Нужно было выплеснуть эмоции и, выбрав первое попавшееся дерево, начала рубить его клинками. Методичные и отработанные удары дали результат, и мне становилось легче. Холодный рассудок постепенно возвращался. Я опустила мечи, просто стояла и пялилась на изрубленное дерево, которое, скрипнув, всё-таки завалилось на бок.