До появления на свет Елены Шуйской всадниками становились исключительно дети из обычных семей, в которых и магов отродясь не было.

Поэтому Ленке спускалось с рук многое. В том числе и периодические побеги в леса, поля и так далее. Вот и сейчас Бродский даже не обратил внимания на её такое панибратское отношение.

В отличие от одного из мужчин — самого старого из этой троицы. Вон у него даже волосы седые имеются. Он нахмурился, явно не одобряя подобное отношение к старшим.

— Позфольте предстафиться, — заговорил седой. — Меня зофут Матиас, и я прибыл, чтобы приступить к сфоим обязанностям фашего слуги, госпожа.

— Хрень какая-то, — услышав это, выдала Ленка.

Подбоченилась и в два шага оказалась рядом с Матиасом, глядя на него сверху вниз.

Как это получилось у самой мелкой из нас, ума не приложу. Должно быть, это у аристократов в крови — смотреть на других с презрением.

— Я же говорила отцу, что если он ещё раз попытается приставить ко мне шпика, то пусть даже не думает, что я буду себя примерно вести на его юбилее!

— Лен, ты явно обозналась. Этот человек точно не имеет никакого отношения к Шуйским, — вмешался я. — Ещё я точно могу сказать, что двое оставшихся скажут то же самое, только в отношении Миры и Гришки. Когда мы переехали в Слободу, дома уже ждал такой же кадр. Благо, что мой оказался местным и отлично разговаривает по-русски.

Рыжая непонимающе уставилась на меня.

— Что же, вижу, что вы вполне способны разобраться здесь и без меня. Поэтому оставлю вас. Ещё столько всего сегодня нужно успеть сделать, — встал из-за стола директор и двинулся на выход. В дверях он остановился и обратился к нашей четвёрке: — Если что, зовите меня. В этом кабинете даже сам император не сможет причинить вам вред.

После этого дверь закрылась, и со своего места встала женщина, явно имеющая среди своих предков выходцев из кочевого народа. Так и казалось, что она сейчас попросит позолотить ручку и готова рассказать всё, что было и будет.

— Я — Мадонна и поклялась всем, что буду следовать за третьим всадником.

Следом за цыганкой поднялся самый молодой из присутствующих. Рыжий улыбчивый парень в клетчатом костюме.

— Моё имя — Рихард. И единственная цель моей жизни — быть полезным второму всаднику.

Гришка, как всегда, был хмурый, и на этот раз у него ничего не нашлось под рукой, чтобы закинуть в рот, поэтому в ход пошёл кусок отрывного календаря, висевшего на стене. А вот Мира улыбалась так, словно всю жизнь ждала, когда к ней придут и скажут, что хотят служить.

— Госпожа, я не имею никакого отношения к роду Шуйских. Как и не работаю на фашего государя или любого другого политического деятеля империи. Я прибыл сюда из Дублина по указанию прошлого господина. Он наказал мне предстафиться фам именно ф этот день. Рихард и Мадонна также сказали о приказе фаших предшестфенникоф.