Главным связующим звеном здесь стала магия Семёна. Парень заключил сани в свой щит и гарантировал, что пока он сидит на снегоходе, то они надёжно закреплены.

Оторвать их от машины не получится даже при помощи танка.

Очень сильное и уверенное заявление, но отчего-то оно заставило суетиться людей Ефремова. Я слышал, как начали громко хлопать двери в доме, когда мы собирали чудо-конструкцию.

— На этом точно безопасно ехать? — спросила мама, скептически осматривая наше творение.

— Абсолютно безопасно. Мы уже всё проверили. К тому же Семён будет держать сани своей магией. Его семья всегда специализировалась на защите. Он уже много лет тренируется и легко справится с маленькими санями, — радостно выдал я, хотя по лицу Сёмы нельзя было сказать, что он считает так же.

Хоть и кивнул, когда я закончил. Но как-то неуверенно.

— Ну раз Семён будет держать магией, тогда я согласна. Максим, ко мне в сани, а потом поменяетесь.

Спорить было бессмысленно, и мы расселись по местам, наконец отправившись в сторону реки.

Находилась она в семи километрах от нашего дома. Это если по прямой ехать, а по дорогам там почти двадцать километров получается. Но мы же на снегоходе, поэтому речи о дорогах и быть не могло.

Первым за руль сел папа и сразу же рванул вперёд. Мы с мамой едва не вылетели.

Я был доволен, а вот она явно потом будет очень серьёзно с ним разговаривать наедине.

— Круто! — закричал я и принялся отплёвываться от снега, прилетевшего из-под гусениц снегохода.

На нашем пути располагалась небольшая лесопосадка, которая как раз и отделяла город от склона, ведущего к реке. Деревья уже давно были лысыми, поэтому сейчас посадка больше всего была похожа на берёзовый могильник.

Из которого тянуло кислым молоком…

Причём настолько резко запахло, что я едва смог продышаться. Думал, вообще задохнусь.

За рулём всё ещё сидел папа, а мама вцепилась в меня так, что не было никакой возможности выбраться.

— Поворачивай! Не заезжай в посадку! — закричал я, когда до неё оставалось метров двести.

Несколько секунд на той скорости, что мы ехали.

Папа не подвёл. Он резко повернул руль влево. Сани начало заносить, наши самодельные крепления заскрипели, и если бы не магия Семёна, то точно отломились бы. Но они выдержали, и когда снегоход выровнялся, сани также продолжили катиться за ним.

— Убью. Убью. Убью.

Слышался за спиной голос мамы. Но она замолчала, когда раздался первый хлопок, сопровождавшийся треском.

Резкий, громкий, не похожий ни на что, что я слышал до этого момента.

Каким-то чудом я умудрился развернуться и увидел, как посадка в том месте, куда мы должны были въехать, превратилась в уборную деда Мороза.