— Это получается, что мы теперь типа пуленепробиваемые? — спросила Мира.

— В какой-то степени, да. Несколько пуль хранитель точно остановит. Но сколько именно и какая станет для вас последней, никто не может сказать.

— А от порки хранитель защитит?

Отчего-то Гришку этот вопрос интересовал больше всего.

— Неа. И если подраться решишь, тоже не защитит. Он включается в работу чисто во время смертельной опасности. Ну или потенциально серьёзных повреждений.

— Жаль, — тяжело вздохнув, произнёс Гришка и извлёк из кармана конфету, моментально последовавшую по назначению.

— А почему так жглось? Словно в кусты крапивы упал, — спросил я.

Мой вопрос заставил Ленку смутиться. Впервые вижу подобное. Думал, что её вообще ничего не может смутить.

— В общем, я смогла работать только с крапивой и борщевиком. Решила выбрать первую, немного пощиплет и пройдёт. А вот после контакта с борщевиком пришлось бы к целителю обращаться.

— Никогда не думала, что скажу подобное, но спасибо тебе за крапиву, — сказала Мира.

Мира посмотрела на нас с Гришкой и рассмеялась. К этому моменту уже все знаки исчезли, и вместе с ними жжение.

Подарок рыжей оказался очень классным, но сразу насторожил. Ведь Гришка и Мира также подготовили подарки, которые стали их экзаменами для получения доступа к обучающим материалам прошлых всадников. Да и мои подарки также могут вызвать определённые трудности в момент их активации.

Похоже, что ребята думали о том же, но сидеть вечно в этой беседке мы не можем. Всё же нужно появиться и среди гостей, чтобы получить поздравления и всё в этом роде.

— Ладно, следующий подарок от меня, — сказала Мира. — Он тоже стал моим экзаменом. Никаких болезненных ощущений точно не должен вызвать.

Эту фразу Мира произнесла как-то очень неуверенно, что заставило нас нервничать.

— Вот, с днём рождения.

Девчонка открыла конверт и достала из него три бумажки, исписанных рунами и знаками. Судя по их цвету, работала Мира кровью. Надеюсь, хоть своей.

— Направьте в эти бумажки немного своей силы.

Честно, было страшно, но не забываем о слабоумии и отваге, поэтому сила направилась из меня в бумажку, и та принялась медленно тлеть.

Невесомый пепел отрывался и поднимался вверх, исчезая вместе с начавшими светиться красными знаками.

По мере того как это происходило, в голове начало шуметь.

Сперва это было похоже на простое шипение, такое, когда телевизор не может поймать ни одного канала. Но постепенно стали появляться новые звуки. В начале совершенно непонятные, а затем они начали превращаться в буквы и даже в отдельные слова.