— Я тебя понял, отец, — с трудом заставив себя склонить голову, ответил Марк.

— И запомни вот еще что, сын. Киррэл — пусть и далекий, но наш родственник. Его прабабка — родная сестра твоей. Так что вместо того, чтобы искать возмездия за своего недалекого дружка, подумай о том, какую выгоду мы можем получить, если барон Чернотопья заключит с нами союз.

Марк хлопнул глазами.

— Он же демонолог!

— Как и его прабабка, — кивнул отец. — До сих пор мы считали, что этот дар утерян для нашей семьи, но мальчишка доказал, что его кровь — и наша кровь. А там, где родился один… Мне нужно продолжать?

— Мои дети? — удивленно моргнул Марк.

— Возможно, — кивнул отец. — Или мои внуки. А теперь иди к себе и подумай. У меня, конечно, еще трое сыновей, кроме тебя, но я бы не хотел, чтобы они остались последними.

Уже успокоившийся парень кивнул.

— Я подумаю, отец.

— Тогда свободен. И, — прервался мужчина, приподняв руку, — предоставь мне список своих друзей при дворе. Очень мне не нравится, что кто-то вроде сына Рейнхарда оказывает на мою семью влияние. Род Вайссерманн пережил не мало противников, но всегда следует приглядывать за своим окружением. Пока что Шварцмаркт уничтожил только одного Алонсо, но наверняка не откажется скормить и его ближайших друзей своим демонам. Будь осторожен в выборе сторонников.

Гостиница «Прах и Пепел». Киррэл Шварцмаркт, барон Чернотопья .

— … И вот, сижу я на ветке, снизу волки воюют, сил не осталось.

— А дальше?

Я печально вздохнул и развел руками.

— Да сожрали меня.

Сидящие вокруг меня наемники неприлично заржали, как кони. Я же улыбнулся и, подняв кружку с квасом, отсалютовал им.

Травить земные байки по вечерам стало уже маленькой традицией.

После дуэли меня не то чтобы заперли в гостинице, но и выпускать не собирались. Вагнер нанял партию вольных охотников, чтобы следили за мной и не выпускали из-под надзора. Собственных подчиненных магистр заставлял пахать на благо ордена.

О происходящем в столице официально я мог узнавать только от сидящих со мной за одним столом охотников. Пришлось немало потрудиться, чтобы втереться к серьезным и достаточно мрачным мужикам в доверие. На самом-то деле сведения мне приносил свободно передвигающийся по городу Ченгер, но мне требовалось какое-то иное объяснение, как я остаюсь в курсе событий, сидя под домашним арестом. Потому пришлось заводить теплые отношения с наемниками.

Крэланд лихорадило. Король признал протекторат, подписал соответствующие бумаги, и Херцштадт резко наполнился людьми Аркейна. Писари, искоренители, дознаватели — орден проникал в каждую сферу жизни столицы, постепенно перехватывая управление.