Ченгер пренебрежительно махнул рукой.

— Отец и дочь всегда договорятся, — заявил он.

Я покачал головой в ответ. Как-то разом накатило раздражение.

— Как же мне надоели эти игры! — прошептал я, потирая лицо. — Ты бы знал!

Демон хмыкнул.

— А я тебе о чем толкую, «Чертополох»? — всплеснул руками Ченгер, откровенно веселясь за мой счет. — Зачем мы сюда вообще приехали? Учиться? Да ты с самого начала понимал, ничего хорошего из этой затеи не выйдет. Жениться? На кой хрен тебе жена, когда вокруг тебя постоянно вертится культ Хибы, овдоветь раньше срока? Послушаться короля? Да послал бы его вместе с его родней и попросил бы у Аркейна помощи. Ты сам влез в это дерьмо, Киррэл!

Ну да, ему-то мои мучения нипочем. Демон веселился в кабаках, трахал баб и вообще ни в чем себе не отказывал. Это я сидел то в гостинице, то в общежитии без права его покинуть и строил какие-то теории.

А меня водят вокруг пальца и заставляют плясать под свою дудку все, кто пожелает.

— О нет, ты сам с удовольствием это делаешь, — покачал головой улыбающийся демон. — Ты с самого начала знал, одержимому ни к чему баронский титул. Тебе не нужны деньги и даже связи в обществе. Ты — бастард, и ты всегда будешь для них просто отребьем, которое пустили к высшему сословию из жалости. У тебя был выход — стать вольным охотником, и тогда никто бы на тебя и внимания не обратил. Но ты решил, что однажды подставивший тебя орден будет легко поиметь. Очнись, Киррэл, это ты здесь единственный без штанов!

— Вольным охотником? — хмыкнул я. — Бегать в Катценауге и молиться каждую секунду, чтобы меня не сожрала какая-нибудь новая тварь, которых там под каждым камнем по сотне прячется⁈

— А как ты хотел, «Чертополох»? — искренне удивился Ченгер. — Неужели ты думаешь, кто-то даст тебе свободу? Ты — просто жалкая марионетка, которая уже пошла по рукам. Иди вон, на мятежников теперь поработай, а то не весь комплект нанимателей тебя еще поимел!

Мои руки обросли костяной броней и стол, на который я только что опирался, взлетел в воздух. Полетели в сторону бумаги, кружки с квасом. Ченгер же просто переместился к двери покоев и, показав мне язык, оскалился.

— Что, страшно слушать правду от своего единственного друга? — спросил он, растопыривая пальцы с отросшими черными когтями на них. — Давай, Киррэл, покажи, какой ты злой, а потом беги служить первому, кто тебе попадется в коридоре. Хочешь свободы? Хочешь права самому решать свою судьбу?

Я пытался унять разгоряченное дыхание, с трудом перебарывая кипящую в крови бешеную ярость. Доспех полностью покрыл мое тело, и рассудок медленно размывался под неудержимым желанием размозжить голову проклятого демона.