Надевать маску я не стал, на мне была простая длинная рубаха с разрезом на заднице. Пара завязок удерживала больничную одежду, так что можно смело выбираться наружу и наводить справки о результатах атаки.

Однако выйти я не успел, дверь в палату открылась, и внутрь заглянула служанка академии в белой накидке сестры. Женщина бросила на меня удивленный взгляд, она толкала тележку с какими-то металлическими сосудами, которые я не сразу смог идентифицировать.

Примитивные утки. Ну да, за лежачими ведь ухаживать приходится.

— Куда встал⁈ — зашипела на меня сестра. — Ложись обратно, я сейчас лекаря позову.

Я повел плечами.

— Не нужно лекаря, лучше дайте мне мою одежду, и я пойду.

Женщина тряхнула головой, отчего соломенные волосы, стянутые в пучок на затылке, заволновались.

— Это лекарь решит, куда и когда ты пойдешь. Пациенты должны лежать на своих местах, пока господин Рамп не распорядится иначе!

Вспомнив, что существует отдельная категория людей, которые могут даже директора из кабинета выгнать, я улыбнулся и выполнил распоряжение. Действительно, куда я так спешу? Что бы ни решили господа руководители академии с орденом и всеми королями сразу, меня никто не гонит на амбразуру, а тетка просто делает свою работу и поступает правильно.

Здесь и сейчас я не барон, и даже не студент. Я пациент, который должен слушаться медперсонал и выполнять указы лекарей. Гиппократа в этом мире не было, могли и накачать насильно, чтобы болезный далеко не убежал, и скрутить в смирительную рубашку, если потребуется. Мнение пациента особой роли не играло.

Нет, в обычной-то ситуации я мог возмутиться, встать и уйти. Ни одна лечебница насильно не держит своих клиентов, но после нападения тут и так все на нервах должны быть, так к чему ссориться с людьми, которые могут преспокойно устроить лечебную кому путем удара по голове?

А то мало ли, я сейчас сбегу, а потом сдохну где-то на крыльце лазарета от внутренних повреждений. А после этого как раз и выяснится, что я причастен к нападению, и с кого тогда спросят, что свидетель сбежал? Правильно, с персонала.

Улегшись обратно, я наблюдал, как сестра меняет белье и подставляет новые утки взамен старых. А когда тетка закончила с остальными жильцами палаты, мой желудок пришел в себя и утробным рычанием напомнил, что раз мы с ним выжили, пора бы и пожрать.

Сестра улыбнулась, глядя на меня и выкатывая тележку из палаты.

— Сейчас принесу поесть, не переживай, голодным не останешься.

Я благодарно кивнул и, прикрыв глаза, стал ждать, когда меня покормят. Но первым пришел не обед, а лекарь. Причем не один, а в сопровождении сразу двоих, и оба были мне знакомы.