— Когда закончим, от контракта я с тобой точно освобожусь, — недовольно пробурчал я. Ещё не хватало, чтобы кто-то сидел в моей голове и комментировал все мысли подряд. — Что до Фантома — разберусь. Возможно он ещё восстанавливается после того, как мы тебя освободили. Если через артефакт всё равно призвать не смогу, то буду искать обходные пути. Вариантов в общем-то, немного.
«Я тебе намекаю, что он скорее всего у фанатиков. Его вряд ли смогут убить, это как человеку убить хаосита в астрале. Нужно очень постараться. А запечатать они его вполне могли. Вполне возможно это был тот, кого ты Пустым называешь».
— Это всё гадания на гуще. С проблемами я разбираюсь по мере возрастания, — покачал я головой, двигаясь в сторону цитадели. — Даже если это он, я без понятия, где мне их искать. Точнее уверен, что в столице, но убедиться, что с близкими всё в порядке, мне важнее. Тем более это может быть не одна их атака. Нужно позаботиться и о безопасности. Так что прошу, не лезь с советами. Я сам разберусь что делать.
«Хорошо. Это твой выбор», — спокойно ответил Феникс и замолк.
Я же ускорился и приблизившись, увидел на стене Цитадели знакомые лица. Штрафники. А с ними во главе Соколовский. А где Евгений Серафимович и остальные солдаты? Что чёрт возьми произошло?
Увидев меня, никто даже не подумал не отключать барьер и пытаться узнать, кто я такой и что тут делаю. Пусть эти штрафники видели меня вживую лишь раз, о князе Волкове им должны были сообщить мои слуги, которых я здесь оставил. Правда их я что-то не замечал, и Савелия тоже.
Успей они достроить вторую часть Стены, я бы сразу подумал, что они спрятались во внутренней части. Сейчас же ситуация выглядела мягко говоря, странно.
Недолго думая, я создал под собой теневые платформы и быстро запрыгнул на стену, не дожидаясь, пока откроются ворота. Стоявшие штрафники ничуть не удивились. Они ведь видели, что я только что сделал с землями.
Поэтому то что все одновременно пали в ниц, помимо Соколова, меня ничуть не удивило.
— Приветствуем уважаемого князя! — дрожащим голосом произнесли они, в то время как я смотрел прямо на Соколова. Он как и в нашу первую встречу молчал как партизан, так и сейчас не собирался ничего говорить. Лишь вежливо кивнул.
— Встаньте. Я вас убивать не собираюсь. Хотя бы пока не разберусь, что тут произошло, — не посмотрев даже на штрафников, сказал я, и после обратился к Соколову. — Расскажи, что случилось. Как вы тут оборонялись, где главнокомандующий, где мои слуги и родные? Почему я не чувствую их присутствия? Советую не врать, ложь я хорошо чувствую.