— Тогда как насчёт воспринимать моё предложение как совместную тренировку? — ловко извернулся парень. — Становиться сильнее можно же не только на поле боя.

— Мне хватает тех тренировок, что даёт мне наставник, как и сражений с химерами.

— Тогда что мне предложить, чтобы вы согласились? — зашёл с другой стороны вопроса Григорий.

— Лично мне от вас ничего не надо, — в нашу сторону стали поглядывать всё больше аристократов. Пусть смотрят, плевать. — Я даже не представляю, что вы можете предложить мне такого, чтобы я согласился. В свою очередь то, что предложу я, уже не понравится вам.

— Пока не услышу условие, точного ответа мы не узнаем, — снова на лице парня дрогнула слабая притворная улыбка.

— В таком случае если выиграю я, вы вступите в орден Витязей, и будете убивать химер на благо империи, — вот тут вся его маска и разбилась. От одной мысли вступить в орден он сморщился как изюм, а тело передёрнуло так, будто по нему электрошокером зарядили. — Такое условие вас устроит?

— Вынужден признать, что такой расклад меня не устраивает, — вернул себе «обычное» лицо Григорий. — А если проиграете вы, то что тогда?

— Ничего, кроме того, что я проиграл младшему, — едва заметно развёл я руками, показывая своё отношение к происходящему. — Мне этот бой не сдался, и в ваши семейные отношения с наставником я лезть не собираюсь, а так я хотя бы потраченным временем смогу принести пользу ордену и нашей империи. Быть может вы даже станете таким же Фениксом, как и я.

Мне стало интересно, какие мысли крутились в голове у молодого аристократа. С одной стороны он горел желанием самоутвердиться за мой счёт перед дедом, явно уверенный в победе, а с другой рисковал потерять очень многое. Одно пожалуй я не понимал — почему он так рьяно отказывается вступать в орден? Непохоже, чтобы он боялся смерти.

В любом случае, после такого он скорее всего откажется. Вряд ли поединок со мной стоит таких рисков.

— Ваша правда. Вам этот бой не нужен, в отличии от меня, и вмешивать вас в наши разногласия я не хочу. Однако я принимаю ставку, — снова на его лице дрогнула притворная улыбка. — В реальном бою на кону стояла бы моя жизнь, а тут — всего-то три года жизни.

Надо отдать парню должное — у него явно есть свои принципы, от которых он не готов так просто отказываться. Это заслуживает уважения, даже если он испытывает лично ко мне неприязнь. Пожалуй, не помешает потом связаться с наставником и поговорить насчёт поведения его внука. Мало ли что ему потом взбредёт в голову.

— От своих слов я отступать не собираюсь. Раз согласны, да будет так. Где пройдёт поединок и на каких условиях? — посмотрел я прямо в глаза парню.