Солнце медленно поднималось над горами, прогоняя прочь холод ночи. Лагерь медленно просыпался, исключая очередную смену ночного дозора, которая поднялась задолго до рассвета.

От захваченной нами в поход полевой кухни, если я вынужден вновь мотаться по этим пустошам, то нужно делать это хотя бы с минимальным комфортом, тянуло ароматным дымком. И я первым делом направился в ту сторону, следуя старой заповеди — подальше от начальства, поближе к кухне.

Хотя, я же тут главный? Но это даже лучше, все следующие этой заповеди свалят подальше и не помешают мне позавтракать.

Война — войной, а завтрак — важнейший прием пищи. Да и делами лучше заниматься на сытый желудок, не давясь голодной слюной.

Быстро получив свою законную тарелку щедро сдобренной тушенкой перловой каши и кружку жиденького чая, я уселся на землю и с аппетитом налег на еду. Не кухня «Мечты Наемника», конечно, и не повар-предатель третьего принца, но горячо и вполне съедобно. С ужином вчера вечером не задалось — мятежников ждали и кухню топить не стали. Так что к утру я порядком проголодался. А на пустой желудок, и соль — сахар.

В любом случае, горячая каша лучше холодных консервов.

Солнце заслонила чья-то тень, а затем на землю рядом со мной присел позёвывающий Абелор Анк, державший в руках такую же тарелку, как и у меня.

— Приятного, Твое Сиятельство, — приветственно махнул он мне ложкой.

Набрался плохого от Бахала, и подкалывает теперь, когда нас никто не слышит. И я ему за это благодарен. Должен же хоть кто-то помогать мне не упасть до уровня других фольхов.

— Как там наши пленники? — поинтересовался я.

Именно люди Абелора отвечали за ночную стражу.

— Сидят себе тихо, ждут своей судьбы, — пожал он плечами, налегая на кашу.

— Бежать не пытались?

— А куда? — удивился он, подтвердив мои мысли. — Лучше расскажи мне, как там мой оболтус поживает?

— Учится, — отмахнулся я.

— Со всем старанием?

— А у мастера-наставника Раншила Толдокара по-другому не бывает, — обнадежил я капитана «Ястребов».

Успокоенный Абелор продолжать разговор не стал, сосредоточившись на завтраке.

Встав с земли, я посмотрел в сторону лагеря, отведенную для содержания пленных. Из охраны там находился один оруженосец, но и этого более чем достаточно. Остальная ночная стража сосредоточилась на охране стоянки големов и патрулировании вокруг лагеря. Если среди пленников нашелся дурак, решивший попытать счастье в пустошах, то в брюхо падальщиков ему и дорога.

Это от шумного лагеря твари держатся подальше. А одиночка для них — законная и желанная цель.

Но Абелор уверен, что дураков не нашлось. И у меня нет причины не верить его словам.