Они опять переглянулись.
После чего Пётр и Эрика переглянись, и оба утвердительно кивнули.
- Вот и всё, о чём я хотел сегодня написать, - вслух сказал я им. - Идите!
И они пошли. По белому снегу - вперёд и вперёд... взявшись за руки.
«Так-то вот! - проворчал я, зачехляя машинку. - А то, понимаешь, привыкли!»
8.
Теперь у меня ещё дрожат руки. В комнате пахнет духами. В печке весело ирещат дрова... И я наелся сгущёнки.
После визита больного желудком Пети Урсуляка ко мне никто не приходил. Ко мне стали являться видения. То незнакомая женщина в чёрном, с ведром красных яблок в руках. То до судорог родная темнокожая девушка в облепившем её гибкое тело сиреневом платьице...
Я две недели пролежал в нетопленой комнате с распухшей, почерневшей стопой левой ноги – в сумерках дровяного сарая уронил на ногу увесистую буковую колоду...
В конце второй недели мне привиделось большое красное яблоко. Яблоко срывалось с ветки, и долго падало в какую-то бездну. Становилось всё меньше, меньше... И давно должно было упасть на какое-нибудь дно, и разбиться, но опять оказывалось на ветке, и опять срывалось. Я почему-то был уверен, что это яблоко – я.
Потом чей-то голос брезгливо сказал:
- И этот человек жил в Нью-Йорке!
- Тсс! – прошипел где-то рядом голос другой.
- Двери настежь! Полы немытые! Холодрыга! Сам зарос, как биндюжник! – сказал голос первый..
- Тсс! – сказал голос другой.
- Терпеть не могу кошек! – сказал первый голос. – Ну-ка, брысь!
- Не... смей! – негромко сказал третий голос. – Разве ты не видишь, что кошки его согревают? Одна – в ногах, другая – на груди... У меня нет слов!
- Терпеть не могу кошек! – повторил первый голос.
- Тсс! – предостерёг его голос второй.
Я с трудом приоткрыл глаза.
Склонившись надо мной, стоял большой румяный мой старый знакомый Юра К. Из-за его плеча меня разглядывала его добрая мама.. Маленькая, изысканная, в пушистой шубке и в меховой шляпке. Известные всему городу врачи.
- Живой? – загромыхал Юра.
Я не смог ему даже улыбнуться.
- А где мой Курай? – первое, о чём я его спросил. – Где мой щенок?
Юра рассмеялся.
- Ты слышала, ма? – сказал он. – У этого иностранца, оказывается, единственная в жизни забота / его щенок! Зачем мы приехали?! . В сенях, под столом, твой щенок. Его и всё твоё хозяйство, пока ты лежишь, подкармливала твоя соседка Ленуца, которая живёт через дорогу. Знаешь такую?
- Нет... А как здесь... оказались вы?
- Меня, с мамой, по телефону разыскала твоя старшая сестра, а её достал какой-то американский куст сирени. Его-то ты знаешь?.. А вообще ты, конечно, свинья! Хоть бы на новоселье пригласил, что ли? Ведь как-никак, а друзья! Даже не сообщил, что вернулся!