Они замолчали, удивленно посмотрев на меня.

— Бошка был прав, — продолжил я, глядя на Киру и Михаила. Их лица вытянулись от изумления. — А я — нет. Я не видел всей картины. Я построил идеальную, безопасную, но медленную тактику. Я пытался контролировать систему, вместо того чтобы ее использовать. Он увидел слабость босса не в броне, а в логике. И использовал ее.

Затем я повернулся к Бошке.

— Но, — мой голос стал тверже, — в следующий раз такие гениальные идеи лучше озвучивать при обсуждении тактики, а не намеками в самый разгар боя. Мы команда. Мы действуем вместе. Понятно?

Бошка на мгновение нахмурился, словно сама идея командной работы была для него странной концепцией, а потом его лицо снова расплылось в широкой, безумной улыбке.

— Понятно, капитан! Меньше веселья, больше скучных брифингов!

В этот момент Праведник, до этого молчаливо стоявший в стороне, подошел к огромному, дымящемуся сундуку, оставшемуся на месте гибели босса. Одним движением он поднял массивную крышку. Внутри, на подушке из багрового бархата, лежал металлический диск, испещренный рунами, пульсирующий мягким светом. Еще одна часть [Первоключа].

Праведник взял его. Затем медленно, очень внимательно, обвел взглядом каждого из нас, словно запоминая. Его лицо, как всегда, было непроницаемо. Затем, к нашему полному изумлению, перед ним вспыхнул интерфейс группы. Короткое, почти небрежное движение пальца.

[Системное уведомление: [Праведник] покинул группу.]

[Системное уведомление: [Праведник] удалил вас из списка друзей.]

— Он… он меня удалил из друзей! — почти одновременно воскликнули Кира и Михаил.

Я смотрел на него, пытаясь понять логику этого безумного поступка.

— Праведник, что происходит?

Он не ответил. Он просто пожал плечами, словно говоря «ничего личного, просто бизнес». Затем он достал из инвентаря [Камень возврата], такой же, как мы видели у Лотерейщика. Камень вспыхнул ярким светом, и фигура паладина растворилась в воздухе, оставив нас одних в огромном, гулком зале.

Он не произнес ни слова. Он не объяснил. Он не угрожал. Он просто забрал ключ и ушел.

— Что… что это, черт возьми, было? — первой нарушила тишину Кира.

— Предательство, — тихо, но с горечью произнес Михаил.

Только Бошке было все равно. Он уже отошел в дальний угол зала, где после смерти Голема из стены выдвинулся каменный обелиск.

— Эй, ребята, смотрите! Тут какая-то квестовая штука появилась! [Хроника Предтеч]! Куча текста, все кракозябрами!

Я подошел к сундуку. В нем остался остальной лут: несколько эпических предметов, куча реагентов. Но главная награда была украдена.