«А если нет, то выброшусь из окна — зло подумал я — Пусть так, но я не сдамся этим ублюдкам! Пусть лучше так, чем замучают! Дай Бог жив останусь, натянутая крыша летнего кафе должна как раз быть здесь».

Довольно быстро для подобного состояния, что только не сделаешь под угрозой мучительной смерти, я сумел подобраться к столу и опершись на него поднялся на ноги.

«А они не так хорошо слушаются, как мне казалось» — пронеслось в голове, которую тут же прострелила боль — Ладно, не до обсуждений, действовать нужно'.

Прыжками подскочив к старому деревянному окну, я попробовал разбить его локтем, но окно было слишком высоко, а глубокий подоконник мешал дотянуться до хрупкого стекла. Поэтому, когда это не получилось, стал боком, качнулся и нанес сильный удар головой.

Внутреннее окно разбилось, а я, чудом не получив повреждений, заметил оставшийся в раме кусок и развернувшись спиной принялся перетирать об него стяжку непослушными руками.

«Жаль что окно двойное, так бы попробовал покричать, вдруг земляк какой по близости, мог бы помочь… Если бы услышал и был трезвым»

Вроде дело шло, я даже почувствовал, как стяжка стала растягиваться, однако тут дверь рывком распахнулась и в комнату влетела знакомая бабища.

«Блядь! Придется прыгать» — со злостью подумал я и отклонился, чтобы с силой опуститься на стекло, однако толчок женщины подправил пою попытку, и я с силой приложился к деревянному наличнику.

— Ой, котик! Ты что, хочешь сбежать⁈ — громко спросила женщина и, пользуясь моими скованными ногами откинула меня вглубь комнаты.

Я вновь ударился головой об пол, и как назло тем же самым местом и как можно громче закричал.

— А-а-а! Помогит… — удар в грудную клетку вновь лишил меня воздуха, а бабища, ударившая меня, довольно улыбнулась.

— Сопротивляешься! Настоящий мужчина! Пусть и молодой! А Мориц посчитал, что ты сломался… Думал-слабак.

Я зло посмотрел на женщину, и она ударила меня ладонью по лицу.

— Эй! А куда это ты смотришь, негодник!

Несмотря, на легкий удар моя голова дернулась в сторону, а в глазах заплясали искры. Немка села передо мной на колени и, с силой сжав горло сказала.

— Куда смотришь! На меня⁈ А кто тебе разрешал⁈ На этот долгий час, до начала ритуала, я твоя госпожа!

«Ритуала⁈ — мысленно вскричал я — Так меня еще и в жертву принесут⁈ Дорого мне ножик обходится! Жадность, фраера сгубила».

Пока я пытался вдохнуть и порвать уже надрезанную стяжку пришел Мориц.

— Эй ты чего торишь⁈ Генрих ведь сказал тянуть его к остальным и подготовить место ритуала!

— Я хочу с ним позабавиться! — отрезала женщина — У нас еще минут двадцать есть. Я успею!