— Сложи все оружие — копья, ножи, дубинки — вот сюда. Вернись к костру. Проследи, чтобы крыса не сгорела. Хотя будет надежнее ее разделать и сварить. Они же рыбу жрут, а та поголовно с паразитами.

— Понял.

Снял со стонущего главаря узкий пояс. Вернул изъятый ножик в ножны и повесил честный трофей на себя. Зачитал им вердикт.

— Значит так, обмудки. Живете теперь аккуратно и молча. Дышите через раз. Слушаете только меня, исполняете бегом. Еще один залет, отрежу уши. А потом просто убью. Шутка! Больно убью, с фантазией.

Проигравшая сторона немедленно приняла условия. Озадачил Самсона раздеть и связать смутьянов.

— Раздевать-то зачем? — возмутился мужчина.

Что ж, у него был шанс.

— Что за вопрос, Самсон? Они бросили мне вызов и проиграли. Теперь их жизни принадлежат мне. Не за тряпки им надо переживать, не за тряпки!

Самозваный лидер тупил. Желание отказать боролось в нем со страхом оказаться на коленях, голым и без ушей.

Внезапно нашлось много желающих скрутить гопников. Женщины и какой-то пришибленный мужик, до поры скрывавшийся в трущобах. При виде избитых хозяев жизни, обитателей лагеря как прорвало. Поверженных и безоружных придурков взялись коллективно пинать.

— Прекратить расправу! Кому сказал!

Пришлось надавить Убеждением. Народные мстители остановились.

— Вот видишь, что ты натворил, Самсон? — макнуть носом самозваного лидера следовало в воспитательных целях. — Как ты можешь руководить, если не способен исполнить простое дело?

Мужик неразборчиво проворчал ответ, но не мне, а своей подтанцовке. И самоустранился. Расправа его впечатлила. Самсон хорошо понимал, чем лично ему грозит продолжение прений. Вмешался Алексей, уже оставивший свой пост на мосту. Надо полагать, он там стоял в порядке общественной нагрузки, поэтому приходил и уходил с поста по желанию. Оттер самых яростных теток и сноровисто связал руки плачущим персонажам веревкой.

Запряг исполнительного Алексея с безымянным мужиком перенести укушенную к алтарю. Пока заказывал и оплачивал лечебную процедуру, народ шушукался на дистанции, а потом разговоры резко стихли. Серебряные символы на белой поверхности вспыхнули и в опухшую руку ударил луч света. Тело пострадавшей окуталось магическими спецэффектами. Процесс излечения продолжался минут десять. Гной вышел, повреждения от укуса зарубцевались, опухоль спала прямо на глазах. Для пущего эффекта, было бы отлично, чтобы исцеленная встала и пошла на своих двоих, но, увы, помощь пришла в последний момент, организм еще слаб для таких подвигов.

Каролина проявила себя с неожиданной стороны — протерла исцеленную руку смоченной из фляги тряпицей. Взяла из аптечной сумочки рулон ткани и перебинтовала конечность. Хотя, острой необходимости тратить бинт не было.