Ревущий от боли голем вырвал из своей ноги древко, словно занозу, и играючи смахнул осмелевшему рабу голову своей алебардой. Из обрубка шеи плеснуло вверх кровью, заливая взрытый ногами дерн. Гигант шумно и до-о-олго замахнулся на меня и за что получил заряд магии в рожу. Прикрыть уязвимое место он не догадался. Сбив атаку, разорвал дистанцию. Избежавший брошенного копья воин вновь попытался достать меня дротиком. «Щит» отклонил снаряд и вырубился. Продолжить обстрел противнику помешала Ярослава, всадив копье ему подмышку. Параллельно она орала на всеобщем готовым сорваться сорколинам:

— Стойте на месте! И вас не тронут! Не ваша схватка! Стойте!

Сквозь вой гиганта и хрипы умирающих эту фразу я разобрал, услышав третий или четвертый раз. К слову, сорколинам нашлось занятие. На шум схватки все же прибежали несколько ходячих. Вот их квази умело крушили дубинками и секли своими рубачами.

Раненый отмахнулся метательным копьем, распоров девушке руку. Не обращая внимание на льющую кровь, она упрямо тыкала воина из Дома небесной лазури еще и еще, попадая в доспехи. Тот вяло отмахивался, теряя кровь и силы слишком быстро, а Ярослава больше не совершала ошибки, держась на достаточном расстоянии. Наконец, повторно насадила слабеющего оппонента на копье.

— Сдохни! Сдохни, еблан! — она мстительно провернула наконечник в ране. Противник вопил от невыносимой боли и обиды, принимая смерть от рук рабыни, низшего существа в их иерархии. Не видать ему перерождения в свете, пока родственники не принесут Солнцу богатые дары. Да они и не узнают, как тот сгинул.

— Козел! — и плевок в лицо — последнее, чем его проводила женщина с этого света.

Схватившись за окровавленную морду обеими ручищами, человек-танк, главная ударная сила банды, выл посреди поляны, заваленной телами. Из ран на ногах обильно струилась кровь, пропитывая грязную ткань. Мне осталось помотать его по поляне минуту-полторы, наслаждаясь внезапной беспомощностью, но враг утратил волю к сопротивлению.

Подняв чье-то копье, добил ударом в висок воина с обезображенным лицом. Не из милосердия, а, чтобы не оставлять в тылу подранка. Подбросив, перехватил массивный снаряд поудобнее и метнул тупому голему в незащищенную голову. Ох, моя рука! Острие вышло из затылка на четыре пальца. Крепкая, мать ее, кость! Гигант рухнул, как подкошенный. Победа!

Туповатые квази столпились в стороне от кровавой резни, выставив шипы своих длинных дубинок и рубачи. Догадайся вожак лазурных сразу их «спустить с поводка», они бы сильно мешались под ногами. Но потом их отвлекли на себя случайные мертвяки и Ярослава каким-то чудом убедила вооруженных рабов не вмешиваться в побоище. Ситуация резко изменилась не в пользу фуражиров и сорколины прислушались к ее совету. А теперь настороженно смотрели на двоих победителей, опьяненных кровью. Хм, опытные рабы, хватило ума отойти от останков ходячих, источавших скверну.