— Помогите! — прохрипел несчастный и присосался к фляжке с живой водой. Против ожидания, его не вырвало.

Буран зажег Благосвет, положил свою правую ладонь на лоб пострадавшего и прочел короткую молитву. Внутри него словно зажегся свет. Экзорцизм подействовал. Человека выгнуло, затрясло в припадке, из горла вырвался хриплый рык. Несколько минут его мышцы терзала хаотическая сила, после чего обильно стошнило темной жижей. Он принял позу эмбриона и заплакал. Я внимательно проверил подходы к мосту магическим взглядом. Прислушался к своим ощущениям. Ситуация мне категорически не нравилась.

Отошли с Бураном обсудить происшествие.

— Тут что-то не то.

— Согласен. Но следов контроля нет.

— Не факт. Под предлогом помывки раздеть его, осмотреть самого и одежду. Одежду сжечь. Повторный экзорцизм, проверка алтарем и двое суток изоляции.

Как на зло, все перечисленные меры — моя забота. Принял, разрешите исполнять, блин!

— Они идут! Они идут! — заорал спасенный и попытался вскочить. Незаметным движением руки безопасник направил ему в голову слабенький «Нокаут». Ибо нефиг паниковать и мешать дежурной группе исполнять свой долг. Кстати, мне это заклинание тоже необходимо. На случай трудных переговоров.

В озвученный Бураном план мероприятий пришлось внести дополнительный пункт. На этапе помывки, срочно пришлось позвать Каролину с аптечкой. Пришедший в себя голый мужик скулил от боли, пытался убежать, а сбитый с ног подсечкой, полез кусаться. Короче, мешал дальнейшим процедурам, как только мог. Его многочисленные царапины воспалились и после ведра воды с остервенением терзали нервы. От вида волдырей и ожогов было больно глазам.

Я страховал Каролину в процессе обработки ранений, придерживая беспокойному пациенту руки и голову. Коварству порождений Бездны нет предела. Такой вот чудом спасшийся может запросто вцепиться в лицо зубами.

Бедолагу в четыре руки подлечили магией и только после этого при помощи обелиска провел тест на вмешательство в разум. И сразу же продвинутый обряд экзорцизма. Двадцать грамм песка не такая уж большая плата за наше спокойствие. Пусть даже подозрения не оправдались. Конечно, спасенному придется отработать потраченный «сахарок» до последнего грамма. И будет очень обидно, если у него все-таки поедет крыша. Своего имени он так и не вспомнил, а это плохой признак. И никто из жителей его не встречал раньше. Накачали бедолагу успокоительным и укрепляющим отварами.

Перед тем, как впасть в забытье на толстом слое сена на дне каменной ямы, безымянный страдалец сбивчиво поведал, что был на болоте. Ночевал на каменном острове у костра. Еще с ним была женщина «не в себе», которая помогла ему вылезти из топи, а потом «вошла в дым и погибла от щупальца из-под земли». Что бы это ни значило.