— Это номер спутникового телефона. Связь односторонняя — вы можете только отправлять сообщения. Эфир прослушивать не будут, но и ответа не ждите. Если ситуация станет критической, отправьте слово «Эвакуация». Мы сделаем всё возможное.
— «Всё возможное» звучит обнадёживающе, — хмыкнула Ева. — Ладно. Когда вертолёт?
— Послезавтра, в шесть утра. Вас доставят в Красноярск, оттуда — на место. Рекомендую собрать вещи сегодня. Ничего лишнего, только самое необходимое. Тёплая одежда, средства от насекомых, аптечка. Оружие я вам предоставить не могу — все формальности лягут на вас.
— Я как-нибудь справлюсь. У меня есть старый друг — табельный нож, с которым я не расстаюсь.
— Не сомневаюсь. — Берг направился к выходу. В прихожей он обернулся. — И, Ева… Если вы всё-таки передумаете — я пойму. Это не трусость. Это инстинкт самосохранения.
— У меня нет инстинкта самосохранения, — ответила она, криво усмехнувшись. — У меня есть инстинкт следователя. А это две разные вещи.
Берг кивнул, прикрыл за собой дверь, и в коридоре стихли его шаги.