— Не-е-ет, — протягиваю, догадываясь, что это за условия. — Ни за что.
— София! — строго цедит папа, и я знаю эту интонацию. Он не отступит.
— Папа, нет! — твёрдо произношу. — Он сам виноват! Слишком умный?
— Вы удалите это видео! — папа не сбавляет оборотов. — Мы с матерью и так мало о чём тебя просим! И охрану нам приходится нанимать из-за твоих выходок! Если бы ты жила спокойной жизнью, как и вся молодёжь твоего возраста, у нас бы вообще не было проблем!
— Значит, я обуза?
— Не передёргивай! — отец ударяет ладонью по столу, и я вздрагиваю от неожиданности. — Просто сделай то, о чём я прошу, и закончим с этим!
— Нет! — перевожу взгляд на Игоря, который внимательно следит за нашей перепалкой. — Даже не надейся! — бросаю уже ему, и он лениво пожимает плечами.
Нахал!
Почему вообще всё это происходит?
— София, — продолжает папа. — Если ты этого не сделаешь, можешь забыть о нашей с мамой снисходительности. Взрослой себя возомнила? Вот и будешь решать свои проблемы по-взрослому. Мы ни в одно дело больше не сунемся. Мы очень тебя любим, но всему есть предел, и он достиг пика нашего терпения. Или ты делаешь то, что я говорю, или дальше идёшь одна.
— Но это нечестно! — взвываю от безысходности. — Из-за какого-то…
— Всё! — не даёт договорить папа. — Решай!
Что я могу решить?
Отец знает, что без них я не вылезу из некоторых проблем.
Через неделю состоится второй суд, где мы с ещё одним активистом предстаём ответчиками, и без помощи родителей мы его не выиграем.
Мы выкрали истощённых животных в одном из частных домов и передали их в малоизвестный приют, где им смогли помочь.
Со стороны общественности все на нашей стороне, но та женщина, которая довела животных до состояния скелетов, подала на нас в суд, и это дело может быть проиграно.
— Пап…
— София, мне нужен ответ!
— Ладно, — сдаюсь, потому что у меня нет других вариантов. — Доволен? — повышаю голос на этого аборигена. — Счастлив теперь? Зря радуешься! Видео мы удалим, но это не конец!
— Ты мне угрожаешь? — его брови удивлённо ползут вверх.
— Предупреждаю!
— София! — одёргивает меня отец.
— Что? — резко поворачиваюсь к нему. — Твоё условие я выполню, но я не говорила, что изменю своё отношение к нему!
— Ну и характер, — хмыкает Игорь, откидываясь на спинку стула. — С такой энергией тебе бы не видео снимать, а в переговорах участвовать.
— А тебе бы помолчать, — огрызаюсь, даже не поворачивая головы.
— София, прекрати, — устало вздыхает папа и трёт переносицу. — Игорь, извини. Она у меня вспыльчивая.
— Да я заметил.
— Я к себе, — недовольно бросаю, хватаю свой телефон и покидаю кухню.