Ещё одна байка была про работающий двигатель. Мол, его не слышно, потому, что коленями уши зажимаешь. Враньё. Здесь даже тактические наушники с активным шумоподавлением не помогли бы. По-моему, морские креветки производят гораздо меньше шума.

Когда проезжали по дамбе, навстречу попались два парня крепкого телосложения. Бежали вдоль дороги в спортивных трусах, о чём-то переговариваясь на ходу.

Это вам не по Тверской. Воздух какой, а ещё родник, где можно ополоснуться, турник и брусья. Тело, доставшееся мне по наследству замечательное, но и подтянуть по физкультуре не помешает.

— У «Трудовых резервов» или у котельной? — внезапно спросил Степан, развернув голову в мою сторону.

А я знаю? Пнула Люсю в бок.

— Всё равно, — встрепенулась девчонка и хмуро глянула на меня.

И что? Вроде не сильно.

— Да, здесь, третий подъезд, — подсказала Люся.

«Запорожец» взревел, заехал на бордюр и остановился перед своим братом близнецом.

Надо же, какой востребованный автомобиль.

Ещё минут пять просидели внутри, ожидая пока Степан выковыряет себя из коробки, и они вдвоём поднимут сиденье. А потом, поддерживая с двух сторон, нас с Люсей всё-таки вытащили из недр этого чудовища. Поклялась себе: больше никогда в подобной повозке не ездить.

Мама Люси проводила нас со Степаном ошарашенным взглядом, после того как сержант поздоровавшись, передал ей дочку с рук на руки.

На звонок в мою дверь, прибежала Прасковья Дмитриевна, на ходу подвязывая халат. И опять на голое тело? Точно помнила, что когда пришёл дядя Игорь, тётка переоделась. Почти трезвая, щёчки порозовевшие, губки припухшие.

О как! Воспользовались моим отсутствием на всю катушку.

Увидев родную дочку в таком прикиде и разглядев за моей спиной очередного милиционера, мамка попятилась назад и громко заорала:

— Илья!

Да что ж ты такая громкая. На флот её надо — слепить сонар вражеских подводных лодок.

Из дверей комнаты появилось слегка мятое лицо бравого майора. Уж точно бравого: и днём и ночью.

Не обратив на меня никакого внимания, сразу обратился к сержанту:

— Степан, заходи, что ты на пороге встал. Как сыграли?

Почувствовала себя лишней и попыталась проскользнуть незаметно в комнату. Не подфартило. Тётка вцепилась в меня как клещами.

— Илья! Нет, ты только глянь, что это на ней? — и, развернувшись ко мне, упёрла руки в боки и заорала ещё громче, — Ты где это взяла? Дрянь такая⁈

Мужики оценивающе прошлись по моим ножкам и дядя Илья весело сказал:

— Чего орёшь, мать? Фёдор, сосед, из Болгарии приволок. Я расстарался, аккурат ко дню рождению.

— Какому дню рождению? — тон тётка всё-таки сбавила, — он только через два месяца.