Стоит властям узнать о жестоком обращении и убийствах, на нарушивших негласный кодекс пиратов откроют сезон охоты все страны Союза. Смерть нарушителей будет жестокой и мучительной.
Жизни разумных считаются самой большой ценностью в галактике. Допускается убийство в целях самообороны, ибо защита себя — святое право любого разумного. Кража, грабёж, воровство, мародёрство, торговля запрещёнкой и контрабанда — всё это пустяки. За эти преступления в некоторых странах можно откупиться. Но убийство с целью совершения преступления и насильственные действия караются показательно без права на снисхождение со всей строгостью закона.
Поэтому пираты, если захватывают звездолёт, предпочитают пожертвовать несколькими спасательными капсулами, отпустив на них пленных. Хоть спасботы и стоят денег, но тогда есть шансы выйти сухим из воды и не получить никакого наказания. Или же продают пленных в рабство, если есть такая возможность.
Кабальные рабы нужны всем странам, ибо это дешёвая рабочая сила. Вот и повод преследовать пиратов лишь для виду. Но когда потенциальную рабочую силу уничтожают или делают неспособной выполнять труд в результате моральных травм, то какая тут прибыль? Сплошные убытки. Сегодня у одной страны уничтожили разумный ресурс, а завтра придут гадить к тебе — так думали правители космических государств. Оттого и завидная солидарность в защите жизни и морального здоровья в Галактическом Союзе.
Через некоторое время после стыковки шаттлов с фрегатом, когда абордажники разбрелись по звездолёту, разбились на группы и начали бухать, внезапно одновременно всем людям стало плохо.
Недомогание заключалось в том, что на всех пиратов навалилась жуткая слабость. Тела отказывались слушать их обладателей, одеревенели, будто от паралича. Сердца еле бились в груди, лёгкие с трудом прогоняли воздух, кровь медленно текла по венам и артериям. Поднять руку или ногу казалось чем-то невозможным. Их нейросети били в набат, сообщая о неизвестной болезни, вред от которой они не могли нейтрализовать.
С юными хлорави случилась иная напасть. В тот же миг они все до одного почувствовали признаки сильного опьянения, при том, что дурманящие вещества никто не принимал. Молодёжь вела себя по-разному. Кто-то начал буянить, но быстро успокоился или его успокоили товарищи. Кто-то уснул. Некоторые начали делиться историями из жизни и попросту трепали языком. В общем, обычное поведение под дурманом, схожим с алкогольным.
Пираты паниковали. Некому было им помочь. Тупые дроиды и сильно ограниченный рамками корабельный искин без приказа члена экипажа ничего не предпринимали. Язык не ворочался, мысли текли вяло. Это как когда хочешь дать остроумный ответ на подколку, а он приходит в голову через неделю. Каждый член экипажа желал получить медицинскую помощь, но максимум, что они могли, — кое-как через нейросеть приказать дроидам о перемещении себя в медицинский отсек. Вот только даже помещение в медкапсулу было бесполезным, да и капсул на всех не хватило.