Паук заложил ещё один полицейский разворот. Теперь мы вновь стояли лицом к преследующим нас тварям.

— Примем бой здесь! — сказал Паук.

— Бой? — испуганно сказала Фая.

— Бой! — сказал Паук, — дальше МКАД труднопроходим, на машине мы там не проедем, а пешком не сможем оторваться. Делать нечего, придётся драться.

— А не хочешь вызвать своих ребят? — спросил я.

— Сейчас нет такой возможности, — неохотно признался Паук, — да ничего, справимся. Заодно посмотрю, что ты за маг, в деле!

— Ты бы лучше прикрыл наш отход, а мы с Фае уйдём в леса. Прояви свои лучшие чувства! — сказал я.

— Не смешно! — сказал Паук, — готовьтесь к бою, у нас всего пара минут.

— Раздевайся, улетишь, если что, — шепнул я Фае.

Она тут же начала стягивать верх комбинезона. Паук посмотрел на неё, потом на меня, усмехнулся и запрыгнул на капот машины, а с него перебрался на крышу. Там он встал, расставив ноги и скрестив руки на груди, напряжённо вглядываясь вдаль.

— Как обстановка? — спросил я.

— Чуть больше двух десятков, — сказал Паук, — ерунда! Легко справимся!

— Чем они опасны? — спросил я.

— Безудержной яростью и жаждой крови, — сказал, улыбнувшись, Паук, — даже хорошо, что они встретились нам, хоть разомнёмся немного. Руководитель постоянно должен драться, чтобы не заплывать жирком и держать себя в тонусе!

— Позиция похвальная, но ты мне всё равно не нравишься! — сказал я.

— Это неважно! Главное, результат. Мы с тобой можем стать очень результативной командой, — сказал Паук, — когда ты, наконец, решишь к нам присоединиться.

— А ты так уверен, что это всё же случится? — спросил я удивлённо.

— Я же уже говорил тебе, что всегда добиваюсь своего.

Разговаривая, мы смотрели на быстро приближающиеся фигуры рептилоидов.

— На хрена вы их столько наштамповали? — не удержался и сказал я.

— Ну как? Есть у тебя враг, натравливаешь на него стаю мясников. Профит!

— Мясники? — удивился я, — это мясники?

— Да! Но я искренне не желаю тебе узнать, почему их так называют. Чтобы ты это понял, кто-то из нас должен будет умереть. Но мы ведь не собираемся этого допустить, верно? — сказал Паук и взглянул на Фаю, — крылышки распускаешь? Хорошо, прикроешь нас с воздуха!

Хотя Фая ещё была без крыльев, он, видимо, сразу всё понял, потому что знал механизм трансформации.

Паук спрыгнул на землю, полез под сиденье и достал оттуда винтовку.

— Это мне? — опешила Фая.

— Да. Тебя же учили стрелять? — сказал Паук, глядя на приближающихся рептилоидов. Мне такое название больше нравилось, чем мясники.

— Учили, — сказала Фая, — но я ещё ни разу не стреляла в живых!