— Так нормально? — спрашиваю я у Билли, покрутившись вокруг себя. — Ещё вот эти штаны есть, могу их надеть.
Я прихватила и штаны с пришитыми к ним звенящими монетками. Они не так красиво смотрятся с этим купальником, но мне хотелось, чтобы он сам выбрал, что подходит лучше — его ведь номер. Билли вчера сказал, что ему плевать, в чём я буду и могу выйти в любом купальнике даже без юбок, лишь бы сделала всё так, как мы репетировали. Но я сама сомневалась в выборе, так что решила скинуть его на Билли. Тьяго, стоящий рядом, тоже обводит меня глазами, хотя его мнение меня не интересует совершенно и спрашивала я не его.
— О, новый костюм? Выглядит шикарно, — говорит Билли. — Оставь юбку, она сюда больше подходит.
— Здесь очень открыто, — вмешивается Тьяго и проводит костяшкой пальца по вырезу.
Его рука тёплая, но оставляет за собой ледяной след, расползающийся по груди неприятными мурашками. Прежде он не стремился к физическому контакту, а теперь не упускает возможности дотронуться. Не реши я отдаляться от него и вычёркивать из сердца, мне бы это даже понравилось, но сейчас хотелось бы свести такие моменты к нулю. И с чего это вырез ему не такой стал? Да и это вечернее шоу, какие тут вообще могут быть претензии к открытости?
— Не говори ерунды! Тоже мне, полиция нравов! — отвечает Билли, ударяя его по руке, и кивает в сторону Кармен, что поправляет чулок, выставив свою ногу на обозрение всем собравшимся. — За своей вертихвосткой смотри, а к моей даме не лезь!
Кое-как сдерживаю рвущийся из груди смех и до боли закусываю щёку. Билли очарователен! И кажется мне ещё очаровательнее от того, что открыто разделяет мою неприязнь к Кармен. Я уже говорила, что в цирке её почти все терпеть не могут? Неспроста ведь. Она успела переругаться с половиной артистов, если не больше.
— Кармен не делает никаких переворотов и ничего у неё не может выпасть, — парирует Тьяго, кивнув на мою грудь, а я отмечаю, что он не отрицает, что Кармен — его.
Всё ещё неприятно осознавать, что они теперь вместе и это наша новая реальность. Сердце, конечно, пропустило лишний удар, но так же быстро успокоилось — это хороший знак. Я начинаю отпускать, пусть и делаю это медленнее, чем хотелось бы.
— Ничего тут не выпадает никогда! Костюм плотно сидит, — отвечаю я, потому что претензия совершенно глупая и он прекрасно это знает, просто говорит чепуху, чтобы вывести меня из себя и в очередной раз продемонстрировать свои диктаторские замашки.
— Да там выпадать-то нечему, — встревает Кармен, выгибая бровь.
Ну, конечно, куда мы без её комментариев?