— Ты там как? — спросила Шани, когда я неуклюже выбрался из остатков скорлупы, словно цыплёнок из яйца.

Правда, птенцы так не матерятся, но это уже мелочи.

— Норма, жить буду. Освободился.

Не зря в своё время вкладывался в Телосложение , всего четверть хитов сняло. Вот только чувство опасности вдруг противно заныло в груди, будто застывшие инопланетные сопли были моей единственной защитой, которую я умудрился бессовестно пролюбить. На всякий случай сгруппировался и включил налобный фонарь костюма, готовясь к худшему.

Опасения полностью оправдались: в конусе света тут же показалась чья-то оскаленная пасть, которой позавидовала бы даже производственная камнедробилка. Зубы с клацаньем захлопнулись в считанных сантиметрах от моей ноги, захрустев вездесущим песком, но их обладатель так и не смог распробовать человека на вкус. Как и все остальные обитатели «холодильника», монстр оказался по самый подбородок загипсован светло-серым веществом. Я быстро посветил по сторонам, но кроме разнокалиберных бесформенных скульптур, больше никого не обнаружил. Вроде, пронесло.

Зубастика, как и меня, не слишком тщательно заплевали, и он смог прогрызть себе небольшое отверстие, чисто подышать. Похоже, живые пленники этим ребятам не нужны, так что в такой «упаковке» они в качестве полуфабрикатов просто хранятся здесь до лучших времён.

Замурованный живьём монстр снова раззявил пасть, окружённую серповидными мандибулами, призванными удерживать жертву во время её поедания, и тоскливо зарычал. Я не разжалобился и отполз от него на безопасное расстояние. Бедолаге не оставалось ничего другого, как бессильно скрипеть зубами мне вслед.

— Извини, дружище, не в этот раз.

— Чего? — не поняла Шани, по-прежнему находившаяся на связи.

— Да мне тут местный старожил попался, — поделился с ней я, пытаясь нашарить фонарём кучу, с которой только что скатился. — Ты ещё можешь играть? У меня есть запасные воздушные картриджи.

— Да без проблем! — сразу оживилась она. — Сейчас старшему напишу, чтоб еду на разогрев поставили. Часа два у меня ещё есть.

— Слушай, а муж твой к твоему времяпрепровождению как относится? — не удержался я от вопроса.

— Да нормально! — беззаботно ответила она. — Я всё равно раньше из игры вернусь, чем он с работы приползёт. Домашку проверю, и ужинать с ним будем. Сейчас он даже рад, что я из «Владык» сюда перешла, а то моментами мой заработок был повыше, чем его. Сейчас, конечно, он тащит.

— Ну, это ненадолго, — пообещал я. — Как бы он на меня потом не обиделся…

— Уж как-нибудь с этим разберусь. Слушай, ты можешь побыстрей? Я тут немного задыхаюсь.