– Ой, Маша, жилец раньше времени пришел, но ты спокойно работай, не переживай. Я думаю, он убедился, что в комнате пока ремонт, и прогуляется.

– Я останусь, – резко выдал Мертаев, продолжая сканировать недовольную девушку в топике и коротких шортиках, не в силах сдвинуться с места, чувствуя, как его охватывает невыносимое желание подмять неприветливую особу под себя.

– М-м-м, может… – замялся Петр Николаевич, не имея понятия, как перечить мужчине в дорогой одежде с явным презрением рассматривающему все и всех, в том числе и его.

Маша недовольно шмыгнула носом и проворчала:

– А что… не судьба погулять?

– Тебя не спрашивают! – резко произнес гризли в бешенстве от своей реакции на девчонку, а она совсем не радовалась его приходу.

– Гад, – еле слышно прошипела Воропаева, как ни в чем не бывало возвращаясь к своему делу.

– Что? – переспросил Дмитрий, не веря, что пигалица посмела обозвать его.

Маша промолчала, но вежливый дедушка с улыбкой ответил за нее:

– Не обращайте внимания. Она всегда поет, когда работает.

«Конечно, и все мои песни про напыщенных мужланов…» – добавила про себя Мария, спускаясь с лестницы и раскладывая лист, чтобы намазать его.

– Пойдемте, Дмитрий Александрович. Я покажу вам нашу кухню… – учтиво попросил комендант, отмечая, каким голодным взглядом смотрит мужчина на попку работницы, повернувшейся к ним спиной.

– Что? Конечно… Постойте… Зачем, кухню? Здесь заказывать нельзя будет? – рассеянно произнес Мертаев, наконец, оторвавшись от созерцания прекрасной части женского тела, а потом недовольно добавил: – Даже если нет, то я придумаю что-нибудь, поэтому не стоит проводить экскурсии.

– Зажравшийся жлоб, – не удержавшись, буркнула Воропаева про себя, продолжая работать.

Мужчина вдруг сделал шаг к ней и громко спросил:

– Еще раз повтори, что ты сказала?

Маша поднялась и повернулась к нему, уперев руки по бокам. Только хотела повторить, как Кашеваров закрыл ее своим худым телом и проскрипел:

– Вы располагайтесь, а мы с Машенькой отойдем. У моей бабки к ней важное дело.

Девушка и мужчина одновременно хмыкнули, прекрасно зная, что это ложь, но деду было все равно. Главное, что никуда не денутся от его пожелания срочно выйти. Уважительно кивнув Мертаеву, он схватил Марию за локоть и повел из комнаты, слыша позади себя рычание.

Пожилой мужчина с ужасом в глазах обернулся и ничего особенного не приметил. Лишь напряженного мужчину, стоявшего посреди комнаты, а значит, странные звуки ему показались. Еще раз кивнув, Кашеваров вывел Воропаеву из комнаты.

Только Мертаев решил успокоиться, пообещав, что постарается не реагировать на наглость девчонки, как услышал неприятные слова через стенку: