— Все-все-все, хватит! — поднял я руки. — Никогда не был силён во всех этих расчетах.

— А мне наоборот интересно. — призналась княжна. — Когда ты всё знаешь, можешь контролировать процессы, влиять на них. Всё становится подвластно твоей воле.

— Внимание! Крейсер «Балхаш» через две минуты состыкуется с орбитальной станцией. — прозвучал из динамиков электронный голос искина корабля. — Возможен сильный толчок, рекомендую отыскать дополнительную опору.

— Наконец-то я дома. — улыбнулась Мария.

— Твоя планета в двух прыжках от столичной, и ты вчера была уже здесь. — напомнил я.

— Так мы едва прибыли, тут же отправились в родовое гнездо. А затем сразу обратно. — покачала головой Воскобойникова. — А сегодня должны задержаться. Кстати, ты знаешь, что испытание гнездом опасно? По статистике двое из десяти не справляются, а один из ста вообще гибнет.

— Знаю. — ответил я. — Не забывай, перед тобой глава рода, мне приходилось сражаться с духом гнезда и покорить его.

— Ну, нашего духа тебе не нужно покорять, всего лишь придется доказать, что ты сильный. — улыбнулась Воскобойникова. — То же самое придется совершить и мне.

— Традиция. — согласился я. — Только тебе ничего не нужно делать. Гнездо Огневых примет тебя, как родную.

— Старшим лейтенантам Огневу и Воскобойниковой приказано немедленно пройти к десантному шлюзу номер два. — раздалось из динамиков очередное оповещение.

— Отец опять нас потерял. Пойдем скорее. — Мария схватила меня за руку, и потянула на выход из каюты для старшего командования. Здесь вроде как должны проходить совещания старших офицеров, а во время боя организовывался центр управления эскадрой или флотом. Однако сейчас каюта пустовала, и княжна решила отсюда показать мне свой родной мир.

— Ну наконец-то! — Евгений Сергеевич лично ожидал нас у шлюза. Причем в парадном мундире, как и другие офицеры, включая нас. — Мария, я же предупредил, что мы покажем церемонию официально!

— Упс! — девушка по детски прикрыла рот ладошкой. — Я как-то забыла… И Виктору не сообщила. Простите меня!

И глаза такие невинные, кающиеся. Ну как можно ругать этого милого великовозрастного ребёнка? Вот и генерал лишь грозно нахмурился, хмыкнул, и произнёс, обращаясь ко мне:

— Виктор, как только перейдем шлюз, нас будут снимать сотни камер. Так что веди себя достойно, как подобает дворянину. Лишнего себе не позволяй, побольше улыбайся. Ну и игнорируй большинство вопросов, или ссылайся на меня, мол — его высокопревосходительство сам всё расскажет. Всё понял?

— Так точно. — я не сдержал улыбки.