— Господин лейтенант, через час нам следует быть на закрытой церемонии награждения. — тихим голосом произнёс виконт, привлекая моё внимание. — Если задержимся ещё на две минуты, придется поторопиться.

— Успеем. — ответил я, осматривая чёрный, как уголь, макет тяжёлого крейсера. Хищный, стремительный, несущий смерть — такие ассоциации возникали в моей голове. Как сказал Гром, выстрел из тяжелого орудия этого корабля свободно пробивает защитную способность предтеч четвертого уровня.

— Ну что, я подаю заявку по своим каналам? — поинтересовался мастер артефакторики. — Процесс не быстрый, потребуется несколько дней, чтобы всё согласовать. И это потому, что мы внесём полную предоплату.

— Да, подавай. — согласился я, улыбнувшись. Два часа назад мы с Громом и виконтом Прониным заключили договор. Всё просто — мастер и хранитель добавляют мне шесть миллиардов, для приобретения корабля, а я в течение последующих нескольких недель работаю с тем, что мне дадут мои компаньоны. Как выяснилось, к наставнику по артефакторике уже посыпались десятки заказов на изготовление истинных артефактов.

— Тогда можешь отправляться на церемонию, пока твое присутствие не требуется. Давай, за новым званием, лейтенант. — Гром протянул мне руку, которую я тут же пожал. — Скажи там речь, про боевой дух и силу братства гвардейцев.

— Сделаем. — улыбнулся я, после чего повернулся к Баратову: — Вениамин Анатольевич, можем выдвигаться.

Церемония награждения была закрытой, и потому на мероприятии было всего три десятка человек. Вся группа выживших на острове, генерал Воскобойников, несколько офицеров из штаба, и командир элитных гвардейцев — генерал Вихарев. С ним было два полковника и майор Мрачный. Вот уж кого я здесь точно не хотел видеть.

Каждому участнику по очереди, начиная с меня и Марии, вручили орден мужества, и как дополнение к одной из высших наград — внеочередное звание. Однако я во всей этой церемонии чувствовал какой-то подвох. Слишком спокойным выглядел генерал Воскобойников, и слишком пристально он смотрел на Мрачного, периодически хищно улыбаясь. А вот генерал Вихарев — здоровенный, звероватого вида детина, за два метра ростом, наоборот вел себя нервно. Что-то его сильно беспокоило.

Наконец церемония подошла к концу, и слово взял отец Марии. Вот тут и стало ясно, почему я чувствовал напряжение.

— Господа! Я не стану ходить вокруг да около, и выскажу то, что многие из присутствующих так и не смогли озвучить, по тем или иным причинам. Хотя могли! — Воскобойников бросил презрительный взгляд на Мрачного, который ответил на него вызывающим выпячиванием груди, на которой висело несколько имперских наград. Затем взор генерала задержался на Вихареве, который почему-то нахмурился и опустил глаза в пол.