— Ну почему же? Любой род будет рад заполучить гения.
— Гения? Во-первых, гений у нас ты. Во-вторых — много ли тебе перепало от щедрот старших?
— …
— Прости. Постоянно на это сворачиваю. Но сама знаешь: насколько я люблю тебя, настолько же меня… вымораживают порядки среди Ассур.
— А я только из-за тебя начала понимать, насколько они… выкручены. И…
— М?
— У меня… — место смытой игривости окончательно заняло нехорошее напряжение, — у меня есть подозрение , что как раз мой род выходы на Багровых имеет. Если не хуже. Намного хуже.
Вздох. Сосредоточась, я постарался транслировать волну уверенности-и-утешения. Добавив вслух:
— Хотел бы я тебе соврать что-нибудь утешительное, но не могу. Да, я не хотел заговаривать про это первым, но очень уж близкие это темы: целительство и химерология с… сопутствующими практиками. В смысле, жертвенное целительство. Как будто их специально создавали друг для друга: с одной стороны, ребята, увлекающиеся всякими неэтичными штуками, а с другой — Ассур, способные за счёт известно чего ненадолго дотянуться до областей высшего целительства, стабилизировать химер… и даже в результате провала попытки они уже ничего лишнего не расскажут. Никому и никогда.
Лейта вцепилась в меня вдвое крепче прежнего, мелко дрожа. Не требовалось особой эмпатии или каких-то сверхсил, чтобы догадаться, какие именно образы сейчас мелькают в её памяти.
— Тише, милая. Тише, родная. Потерпи ещё немного. Мы непременно распутаем этот клубок… но не сейчас. Не сразу. Сперва нам обоим надо как следует подрасти. Сейчас мы слишком малы и слабы.
Вздох. Такое хрупкое, при всей своей силе, тело в моих руках чуть расслабляется.
— Быть может, — почти шепчу, — искоренить Багровый Ковен окончательно нельзя. Не раньше, чем переменится природа людская. Но уж вырвать из кровавого капкана один не самый значительный высокий род — на это нам с тобой сил хватить должно. Хотя бы на это.
— Думаешь?
— Уверен. Когда мы будем готовы, мы спасём всех, кого только сможем. Обещаю .
Этап десятый
Морские традиции — священная штука. Одной из них, притом едва ли не самой священной, являются совместные трапезы. В каюте капитана и под его началом (либо, если капитан на вахте, со старпомом во главе стола), всё как положено.
Естественно, что абы кто до этих статусных застолий не допущен.
Из членов команды и к ним приравненных это, в первую очередь, собственно капитан, старпом и вторпом: все как один гидроманты-Сотрясатели, действительные члены Морского Братства. Довольно забавно, что на борту «Зелёной чайки» они выполняют примерно ту же роль, что я на своём ветролёте: работают не только за того, кто управляет транспортным средством, но и за того, кто это самое средство приводит в движение. В четыре семичасовых смены тащат они по морю нашу «скромную» плоскодонную скорлупку чарами Струя Под Килем (формально это пятый круг, но по факту, для судна водоизмещением под три тысячи тонн — не менее чем шестой).