Городом правила графская семья Мейвинз. Мне о них ничего не приходилось слышать, но в том, что граф и его наследник были под присягой, сомневаться не стоило.

Особняк Боулей находился неподалеку от графской усадьбы. И пусть богатством и размахом он значительно уступал владениям графов Мейвинз, но родовое гнездо Боулей едва ли можно было назвать неказистым. К тому же помимо особняка Боулей на этой улице расположилось еще пять таких особняков, похожих друг на друга как близнецы.

— Твои родители живут на одной улице со знатью? — окинув особняки взглядом, предположила Мари.

— Нет, эти дома принадлежат другим членам отряда родителей, — нехотя ответил Хаг.

Мари присвистнула, и не скрывая зависти, произнесла:

— Моим ребятам такое и не снилось. Боюсь представить, сколько отряд Боулей зарабатывает.

— Немало, — Хаген поджал губы и снова нехотя добавил: — весь город живет благодаря отряду. Они забирают почти половину всех заказов на истребление демонов.

— Да⁈ Я этого даже не знала! — такая новость не просто удивила, а даже разозлила Мари. А подумав, она спросила: — И как они это проворачивают?

Хаг устало вздохнул, тяжело взглянул на Мари исподлобья, но все же решил рассказать:

— В каждом городе у них имеется информатор, который сразу сообщает о прорыве. Сам отряд имеет вертикальную иерархию, вот, например, эти пять домов принадлежат первым демоноборцам, которые состояли в отряде Боулей. Теперь у них, у каждого свой отряд, но об этом мало кто знает. Потому что все пять отрядов находятся, как и прежде, под именем Боулей. Мои родители уже давно почти не участвуют в походах, но зато от каждого отряда получают процент. Только это, — Хаген замялся и смущенно посмотрел на Мари. — Я тебе ничего не говорил, и ты ничего не знаешь. Родителям не понравится, что я разбалтываю их секреты.

— Понятное дело, — ехидно протянула Мари. — Назвали своим знаменитым именем пять отрядов, заграбастали всю работу в империи и живут теперь как короли. За такие тайны можно и убить.

Мари какое-то время сердито таращилась на горящий в окне первого этажа свет, и вдруг обратилась ко мне:

— Знаешь, а я уже сомневаюсь, что родители Хагена нам помогут. Понятное дело, какие это люди. Их интересуют только деньги, бесплатно нам помогать никто не станет. А жадность, как понимаешь, ведет непосредственно к предательству. Хотя, думаю, они это и предательством не сочтут. Так, очередная работенка.

— Ты несправедлива, — обиделся Хаген. — Уж лучше б я ничего не рассказывал.

— Лучше б не рассказывал, — согласился я.

— А мне было весьма интересно узнать, — язвительно сказала Мари и решительно двинулась к особняку Боулей, бросив на ходу: — Идем, познакомимся с твоими родителями.