— У меня нет власти делать это, тут ты прав, да. Именно власти у меня нет. Она мне и не нужна, чтобы это делать, — усмехнулся я, продолжая удерживать профессора одной рукой. — Но у меня есть возможность сделать это. И эту возможность я не хочу упускать.

Но, даже несмотря на такое наказание, больной ум этого человека уже никак не излечить, его можно только уничтожить, чтобы больше не было бед, исходящих от него. Жаль, что таких, как он, после возникнет множество тысяч, если правительству, если клану Грей это потребуется. Множество верных собачек дремлет, лишь ожидая приказа, чтобы начать творить безумства, они будут готовы жертвовать миллионами, как этот, чтобы достигнуть своей цели. И ведь Шримфол достиг её, у него получилось создать меня и, скорее всего, ещё двух человек, похожих на меня. Ведь я уверен, что мутации Алисии тоже его рук дело.

Но кары ему не избежать. Он умрёт. Он будет страдать. Он будет молить о пощаде тех, кого уже не существует. Он не перестанет быть тупым, его мозг будет всё таким же… таким же. Он просто забудет всё, что творил, но будет знать — что в итоге сотворил. Забудет как, но не забудет что. Даже мотивы я ему попытаюсь стереть из памяти. И он будет подыхать. И, для гарантии, чтобы этот урод тут сдох, оторву ему ноги. И прижгу раны. Благо, тут есть металл, который можно нагреть тем же током. Но это потом. Сейчас нужно работать с его «головой», с его памятью. Информация… тяжёлая. Идёт непрерывно, огромным потоком. До сих пор ни единой капли не удалось расшифровать. А глаза его расширяются. Он уже начинает себя терять. Самому даже интересно, что в итоге выйдет из этого. Может, и будет ему дарован шанс на спасение, но не в этом мире. Да и в том вряд ли. Он сдохнет. Просто сдохнет. И будет умирать мучительной смертью. Самой мучительной. С болью, даже агонией, галлюцинациями и постоянно убывающими силами, потерей себя окончательно.

Тем временем моя голова полнилась тысячами воспоминаниями, десятками тысяч картин и звуков. Пошла память. Его память. Голова просто раскалывалась, из-за чего я как-то подсознательно отдал чипу команду пропускать все воспоминания профессора через фильтр, чтобы оставались только те, которые будут полезны мне как доказательство его вины, вины всего правительства. И сразу стало проще, сразу стало легче…

Количество информации сразу сократилось: если сравнивать с несколькими мгновеньями назад, то как минимум раз в десять. Сплошная какофония всё равно продолжала литься из головы профессора, направляясь в мою. Было трудно не поддаться панике и безумию, когда в тебе появлялись чужие воспоминания, когда, по сути, прогоняешь чужую жизнь через себя. И в какие-то моменты этого дерьма становилось больше, в какие-то — меньше. Иногда просто информация, сухая, словно какая-то база данных попалась «под руку», в зашифрованном виде перебивала воспоминания, иногда чистой воды каша шла от его чипа к моему. Это не тот урод, который управлял охраной, там мозг был не такой загаженный… а у этого… чёрт ногу сломит.