Пухлые и ухоженные ручки протянули мне накрытый полотенцем глиняный кувшин.

Деваться было некуда, пришлось взять и поблагодарить:

— Спасибо.

— Не за что, деточка. Ты главное выздоравливай. У нас тут врачей нет, и лучше искоренить болезнь в самом начале, не давая ей разгуляться.

Пока Глафира растекалась мёдом, Рус кинул взгляд на беловолосую парочку. Те продолжали держаться особняком, однако я успела заметить, что приход Глафиры и её особое к нам отношение не ускользнуло от их глаз. Впрочем, они никак это не прокомментировали, лишь перекинулись друг с другом парой фраз и полезли на второй этаж устраиваться на ночёвку.

— Что-то не так? — спросил Рус, заметив мой настороженный взгляд в сторону парочки.

Однако ему совершенно незачем знать, что у нас не заладилось общение, поэтому я отделалась кратким:

— Всё хорошо, — и больше в сторону соседей не смотрела.

Рус не стал настаивать и поставил на стол небольшой походный котелок полный какой-то похлёбки. Рядом он положил большую лепёшку издающую божественный аромат свежевыпеченного хлеба.

— Это обещанный ужин.

Только увидев еду, я вспомнила о его обещании нас накормить. Как так вышло, что факт его прихода стал важнее всего остального?

Я потёрла рукой лоб, пытаясь отогнать внезапно навалившуюся усталость. Рус кинул на меня ещё один внимательный взгляд и произнёс:

— Завтра меня не будет весь день. Постарайтесь наладить отношения с местными и изучить округу. Впоследствии пригодится.

В его голосе прозвучала не свойственная ему забота, отчего у меня сразу потеплело на сердце. Я кивнула, давая понять, что услышала и сделаю всё возможное, чтобы как можно скорее поднять свой социальный статус и не вляпаться при этом в неприятности.

Временно притихшая Глафира зыркнула на меня из-под прищуренных глаз так, словно оценивала возможную конкурентку. На какое-то мгновение её доброжелательное выражение лица поменялось, однако голос остался медовым, словно патока:

— Можешь за них не беспокоиться. Так и быть, чем-нибудь накормлю. Буду приглядывать, пока не обвыкнутся.

Меня так и подмывало сказать, что приглядывать за нами не стоит, а пропитанием мы сами себя обеспечим. Было неприятно видеть, как Глафира льнёт к плечу Руса, даже с учётом того, что он не поощрял активность мадам. Неприятное чувство заскребло осознанием, что мне совсем не хочется отпускать его куда-то с ней в ночь.

Я надеялась поговорить наедине, но долгожданного разговора так и не вышло. Рус пожелал нам спокойной ночи и удалился в сопровождении щебечущей ему под руку Глафиры. Я хмуро смотрела им вслед. Моя интуиция просто кричала, что отношения с этой женщиной у нас не заладятся, и необходимо, как можно скорее, обустроить свой быт, переходя на самостоятельный режим.