Мы пожали друг другу руки, познакомились, я услышал достаточно дежурные, но лестные слова о моей игре. Ротом, после то как я переоделся в клубную форму, фотографы сделали несколько фотографий в раздевалке, и мы, наконец, отправились на лёд.
Даже будучи пустым, Мэдисон Сквер Гарден поражал своим размахом. Он был меньше по вместимости, чем Саддлдом, домашняя арена «Калгари Флэймз», но складывалось такое впечатление, что он больше и намного.
И, совершенно точно он превосходил по масштабам любой каток в Советском Союзе. Я как-то подзабыл, какая она, одна из главных спортивных арен Северной Америки, так что сейчас просто встал возле бортика и любовался.
Тут же ко мне подъехал Гретцки.
— Ну что, парень. Как тебе здесь?
— Очень неплохо. Пустые трибуны, конечно, портят впечатление, но всё равно, масштаб поражает.
— Думаю, тебе понравится вечернее шоу, у нас в Эдмонтоне. Болельщики у моей команды одни из самых громких в лиге. Но это будет вечером, а сейчас, давай поработаем.
Работа заключалась в позировании для фотографов, и съёмки целой серии небольших видеороликов, которые потом, как мне объяснили американские операторы, будут смонтированы, и на выходе получится целая серия рекламных роликов.
И то, что шведы из JOFA хорошо подготовились к съемках, говорил тот факт, что чуть ли не первым они сняли ролик про меня.
И про то, как я жонглирую новой клюшкой от JOFA.
В принципе, ничего нового для меня я не делал. Всё это было мне знакомо и мало чем отличалось от циркового номера в редакции Советского спорта.
За исключением того, что шайб в конце было сразу дюжина, а мои руки работали намного быстрее.
Ну и, хоть это и не требовалось от меня, я решил немного похулигать.
Жонглировал я в центре площадки, и в это же время другая команда операторов снимала Лемье и Руа.
И, когда у меня в воздухе оставалась ровно одна шайба, я увидел что у них перерыв, Марио отъехал попить воды у бортика, а Руа почему-то задержался.
Поэтому, я опустил шайбу на лёд и медленно поехал к нему, перекладывая шайбу из стороны в сторону.
Патрик тут же понял, что я хочу сделать, и мгновенно вернув на голову шлем, крикнул мне:
— Давай, парень, покажи, что ты умеешь.
Ну ладно, сейчас ты увидишь.
Я тут же развернулся, рванул к своим противоположным воротам, и уже оттуда набрал максимально возможную скорость.
Для того, чтобы забросить буллит, использовав спинораму!
В моём времени этот технический прием был запрещен во время исполнения штрафных бросков, и поэтому, он был чуть ли не моим самым любимым здесь.
Во время игры редко удается его исполнить, эффектность у спинорамы куда больше эффективности. Но сейчас, в камерной обстановке, да ещё и против одной из будущих легенд мирового хоккея!