Может быть это мара? Не та, что богиня Смерти, а злой дух, который приходит, когда человек нарушает порядок: спит в неположенном месте, не соблюдает обычаи, не читает молитвы.

Здесь никто, понятно, не молится, но мара-то, наверное, есть? Только на хрена я ей сдался, чтобы вот так приходить? Она же по ночам нападает. Еще есть лихоманки, но там похожее. Приходят, когда человек не следит за собой: сидит на сквозняке, не сушит одежду, касается мертвых без ритуала, не будучи воином. Они, как и мара, приходят во сне, но тут тоже мимо. Сука! Сюда бы нашего препода, или хотя бы Андрюху…

Пока я пытался сообразить, кто пожаловал в гости, дым над костром развеялся. Вышедшая из него девушка проплыла на пару метров вперед и, глядя на меня, прошептала:

— Живой… здесь…

Слова возникали у меня в голове, а голос был похож на падающий песок. При этом никаких эмоций на ее лице не мелькнуло. Она просто констатировала факт, и такое вступление мне совсем не понравилось. Впрочем, ничего еще пока что не ясно. Может быть, сейчас поболтает и свалит?

— Ты кто такая? — поинтересовался я, положив ладонь на рукоять кинжала. — Назовись!

— Живым здесь не место, — прошелестела девушка, пропустив сказанное мимо ушей. — Ты ошибка… Останешься… Со мной… С ними…

Произнеся это, она взглядом женщины-терминатора посмотрела на лежащие, между нами, трупы, и мне стало слегка неуютно.

Хрен знает, что на уме у этой фарфоровой куклы, но вряд ли что-то хорошее. До нее метров пятнадцать. Добежать в принципе можно, но что это даст? Она же, сука, прозрачная и летает…

— Какая-то странная у тебя логика, — я положил вторую руку на ножны. — И с чего ты решила, что я хочу тут остаться?

Девушка не ответила. Она как в танце вскинула левую руку, и из ее ладони ко мне метнулась широкая серая лента. Вытянувшись змеёй, заклинание коснулось середины моей груди и… ничего страшного не случилось. В лицо дохнуло кислым запахом плесени, плечо обожгла боль, на кольчугу брызнули грязные капли.

Наверное, стоило попытаться ее достать, но я не стал даже дергаться. Между мной и этой курицей лежало пять трупов, и, если они разом поднимутся, мне придется несладко. Бегать в кольчуге — то еще удовольствие. Да и на открытом пространстве тоже особо не повертишься. Броня добавляет инерции телу и меня с непривычки заносит. Если нападут со всех сторон, никакой кинжал не поможет, а тут хотя бы прикрыта спина. Если же трупы подниматься не будут, то вдвойне по фигу. Заклинания ее мне не страшны — только пачкают. И рука еще болеть начинает, но это как-нибудь переживу.