Вот и пойми, шутит он или говорит серьезно. Может у него уже эта, как ее, профессиональная деформация началась, вот только я здесь причем? Я еще совсем не хочу умирать. Хотя, судя по всему, в случае чего, меня никто и спрашивать не будет.

Я еще раз сплюнул и решил, что хватит с меня волнений на сегодня. Пойду ка я домой, где-то в шкафу там была заначена бутылка хорошего коньяка. Выйдя из здания, я сразу потянул из кармана пачку сигарет. Ну вот и как скажите со всеми этими приключениями вести здоровый образ жизни⁇

Кабинет Александра Евгеньевича Бурого на семьдесят пятом этаже штаб-квартиры корпорации «Берлога». Время на массивных настенных часах подбирается к отметке одиннадцати часов вечера.

— Вот видишь, Сашенька, — Раскевич с удовольствием раскурил дорогую сигару. — Пускай не все идет по намеченному плану, но все-таки основное направление оказалось верным. Искусственный интеллект действительно научился думать, и мы даже можем говорить о том, что он вступил с нами в диалог.

— Ну не совсем с нами, — Бурый отхлебнул дорогой коньяк из массивного квадратного стакана, в который больше пристало наливать виски, чем продукт французских производителей. — И пока еще совсем невозможно предсказать, чем для нас обернется такое самовольство программы, которую мы сами и создали.

— Ты торопишься, — медленно выпустил струю дыма Раскевич. — Во-первых, теперь мы точно знаем, что это что угодно, но только не компьютерная программа. Это поняли даже наши технари, поэтому и разводят в недоумении руками. Компьютерный код, каким бы сложным он не был, и в какую оболочку не был бы облечен, не способен к самостоятельному анализу и уж тем более к активным действиям. Программа всегда следует заложенному алгоритму, а мы наблюдаем результат мыслительных действий. Мы действительно сумели создать настоящий искусственный интеллект, если хочешь совершить прорыв в мировой науке.

— Теперь осталось придумать, как подчинить этот компьютерный разум нам, а не этому Максиму, — упрямился Бурый, делая очередной глоток из стакана.

— Это действительно проблема, — согласился с ним Раскевич, беря с невысокого столика пузатый бокал. — Но не думаю, что она какая-то особо сложная или нерешаемая. Надо только понять, почему Искин вышел на контакт именно с ним, а не с руководством корпорации. Он же должен понимать, кто истинный хозяин положения, и в чьих руках находятся все административные и материальные ресурсы. Но самое главное, что мы все-таки победили. Пускай не окончательно, и впереди еще много работы, но мы теперь точно знаем, что выбранный путь был верным. Главное не опускать руки.