Да и внешний вид плукса… он чем-то напоминал четырехлапую обезглавленную куриную тушку сплошь закрытую мелкой прочной чешуей. Ни малейшего намека на морду или хотя бы глаза. Безголовые звери выглядели страшновато и даже мистично. Но когда их порешили и начали собирать безжизненные тушки, заметил загнутые игловидные клыки и чуть открытую пасть. Набор для поглощения пищи имеется. Но расположен на брюхе. Вот теперь ясно почему неплохо прыгающие плуксы бросаются не в горло, а на конечности. Обхватить ногу всеми лапами, прижаться изо всех сил, сжать мышцы — и жертва получит на бедре или голени бронированную мерзкую шишку. Попробуй сбей! Разве что с мясом сорвешь. А плукс в это время воткнет в твою плоть игловидные клыки и примется за завтрак…

Ценное наблюдение. С этими тварями надо быть предельно осторожным. Мой стеклянный нож их вряд ли проймет. Если и пробью чешую точным тычковым ударом, плукс дернется и лезвие сломается. Тяжелая дубина с гвоздями — проверенный надежный вариант.

Закончив второй раунд уборки, получили заслуженную награду. Каждому досталось по литру воды и по два пищевых брикета. После чего Морис самолично преподнес каждому из нас майку, шорты, бейсболку, шейный платок и простую поясную сумку с тремя вместительными карманами. Полный набор гоблинской одежды. После вручения подарка было коротко упомянуто, что никто по таким паразитам как Джонни Лев плакать не станет. После их смерти воздух на Окраине стал чище. Ну и тихонько намекнули, что Солнечное Пламя рада знакомству с такими решительными личностями как мы. Ничего конкретного. Размытые и размазанные слова. Но умный поймет. Я понял. На том и разошлись.

Мы отправились в родной Клукс, шлепая по кратчайшей тропе. Приплясывающая Йорка не могла удержаться и через каждые два шага ласково поглаживала поясную сумку с притороченной к ней почти полной бутылкой воды.

— Мы богачи, гоблин! Богачи, лопнуть и сдохнуть! Сумка набита новой одежкой. Едой! Водой! Положительный баланс солов! Лопнуть и сдохнуть! Мечты достигнуты, гоблин!

— Мы даже порог зала мечтаний не переступили пока — покачал я головой, потирая локоть и прислушиваясь к ощущениям — И перед самым входом в это зал висит не слишком большой качественный рюкзак военного типа.

Боли не было — обезболивающее работало. Но появились новые ощущения внутри сустава — будто там кто-то тихонько начал копошиться, осматриваться, легонько прикасаясь к больным местам. Начало действовать лекарство? Внешне локоть не изменился — все такой же раздутый и багрово-синий, уродливый. Буду верить в силу медицины и не стану тревожить больную руку, вынимая ее из перевязи.