Не знаю, где и как, но ребята Князева, всем составом, две ночи подряд садились в засаду, а вчера, после засады, помчались в Каинск, откуда вывезли обескураженного гражданина Пыльникова, и целый день, безуспешно, его колола на причастность к покушению на убийство.Судя по всему, усилия «убойщиков» успехом не увенчались, и ребята решили предъявить претензию мне.

— Знаешь, что, Олег? Ты после совещания останься, я тебе кое-что расскажу. — майор Окулов закусил удила: — У Громова хоть такая информация появилась. Почему-то оперативном деле по покушению на гражданина Соколова у тебя вообще никаких реальных версий не было, так, дежурные отписки какие-то. Ты на заслушивании десять дней назад по этому делу в городском управлении только мычал и потел, когда тебе вопросы о активизации работы по раскрытию данного преступления задавали. А ты помнишь, что выговор за отсутствие работы по раскрытию его почему-то мне пообещали вынести, а не тебе. Не нравится Громовская информация — работай по своей, а то у меня впечатление складывается, что ты по данному уголовному делу работать по-настоящему, не желаешь. Есть чем мои слова опровергнуть?

— Ну понятно. — шеф провел большую жирную черту через страницу ежедневника, после чего посмотрел на меня: — У тебя что, Громов?

— Сверка у меня сегодня с ИЦ УВД по кражам и угоном и в камере двое угонщиков, что ночью ГАИ задержало, сидят, надо поработать. В углу, где сидели опера «тяжких» раздалось хихиканье, которое кое-кто из коллег поддержал.

— А что вы лыбу там давите? В засаде посидели ночь и инженера втроем на смогли расколоть? — я в ярости не особо сдерживал эмоции.

— Так сам поколи. — Князев ржал мне в лицо: — Или тебе некогда, у тебя же отчетность сегодня.

Я приоткрыл рот и тут-же его захлопнул, испугавшись, что наговорю лишнее, слишком многое хотелось сказать. А причина этого сидела напротив, плечо к плечу с Олегом Князевым и Варенниковым Сергеем и улыбалась, мой бывший приятель Руслан Конев.

Позавчера, после утреннего развода Руслан спустился ко мне, светясь, как весеннее солнышко, и плюхнувшись на табуретку, заявил:

— Можешь меня поздравить!

— С чем? На Инне женишься? Хороший выбор.

— Да причем тут Инка. — Руслан поморщился: — Меня в «тяжкие», к Князеву взяли, теперь серьезными делами заниматься буду.

— Поздравляю. — мне с трудом удалось сохранить равнодушное выражение лица: — Когда переводишься?

— Уже. — Руслан встал: — Ладно, пойду я, дел много, по убийству вчерашнему за злодеем сейчас поедем.

На прощание меня по-дружески, не с ноткой некоторого превосходства потрепали по плечу, а я с трудом сдержался, чтобы не бросить стакан с чаем в беленую известкой стену.