– Ты всегда так рискуешь? – спрашивает тихо.
– А у меня выбора не нет, – огрызаюсь, открывая дверь. – Либо риск, либо назад, к маме и бабушке, где мне будут читать лекции о приличных профессиях и замужестве.
Квартира встречает нас темнотой и привычным хаосом. Я включаю свет, быстро иду в комнату, где пару дней назад оставляла свои вещи. Хватаю большую спортивную сумку, резко разворачиваюсь и едва не врезаюсь в Диму.
– Все? – спрашивает Дима, прислонившись к косяку.
– Почти, – бросаю и лезу под кровать за рюкзаком.
И именно в этот момент у меня внутри что-то ёкает. Не знаю почему. Просто… интуиция. Та самая, которая кричит, когда надо бежать.
– Дим, – выпрямляюсь резко. – Нам пора. Пойдем.
Он бросает на меня странный, нечитаемый взгляд. Забирает у меня сумки и идет вперед.
Мы выходим из подъезда, холодный воздух бьет в лицо. Я опасливо оглядываюсь по сторонам, делаю шаг и замираю.
У нашей машины стоят они. Те самые. Два шкафа, и третий – худой, в кожанке, с мерзкой улыбкой человека, который уверен, что добыча уже в кармане. Он у них за главного, как я поняла еще в клубе.
– Ну привет, Снегурочка, – тянет он. – А мы тебя потеряли.
У меня внутри все обрывается, но внешне я этого не показываю. Поднимаю подбородок.
– Парни, вы ошиблись адресом, – говорю спокойно. – Я тут вообще мимо проходила.
– Да? – он хмыкает и переводит взгляд на Диму. – А это кто у нас?
Дима делает шаг вперед. Медленно. Спокойно. Так, что мне хочется вцепиться в его руку и оттащить обратно.
– Проблемы? – спрашивает он ровно.
– Пока нет, – ухмыляется тот. – Но девочка должна денег и зачем-то бегает от нас. А мы не любим, когда от нас бегают.
Я открываю рот, чтобы ляпнуть про якобы мой долг, но Дима вдруг кладет руку мне на талию. Легко. Уверенно. Как будто имеет на это право.
– Она со мной, – говорит он. – Моя женщина. И ее проблемы – это мои проблемы.
– А у нас другая информация, – басит один из бугаев.
– Значит, у вас ошибочная информация.
Тот, что в кожанке прищуривается. Оценивает машину и ее хозяина. Думает.
– Смелый, – наконец произносит. – Или тупой.
– Точно хочешь узнать? – спокойно спрашивает Дима.
Между ними повисает тишина. Тяжелая. Опасная. Я впервые по-настоящему понимаю, во что вляпалась. И впервые, что, возможно, я выбрала правильную сторону.
– Слушай, вы ведь наверняка уже пробили мои номера, – уверенно заявляет Дмитрий, прерывая молчание. – Поэтому спрошу еще раз: ты точно хочешь узнать на что я способен? Или, можем сделать так: я оставляю тебе свою визитку, а ты наберешь меня после праздников. И тогда решим: кто, кому и сколько должен. Что скажешь?