Не знаю, почему ему дали довести дело до конца, но, судя по тому, что Матвей в то время выглядел примерно, как любимая рубашка Ушакова, был такой же серый, далось ему это расследование нелегко.

Потом Анька крутила хвостом передо мной, но вот слишком близко не подпускала, ограничиваясь авансами. И тут пришла новость о нашей свадьбе. Как гром среди ясного неба. Скандал и последующее за ним почти годовое отлучение от тела. Чёрт, да если разобраться, я был почти монахом, мать вашу. Короткий месяц с Ирой не в счёт.

А потом я убил Великого князя. Анна полностью изменила отношение к свадьбе именно после этого несчастного случая. А всё потому, что на освободившееся место прямо на ходу запрыгнул Матвей, благословлённый сильным императорским пинком, и началась большая чистка.

Красавица правильно рассудила: лучше опасное время переждать под крылом того, кого Подоров при любом раскладе не тронет. Как не тронет семью этого типа, который даже местами её удовлетворяет.

Матвей сантиментами никогда не страдал, ему по должности не положено. Если бы хоть тень подозрений упала на белокурую головку, мы бы очень быстро узнали жуткую новость о закончившихся трагедией сексуальных экспериментов этой красотки со змеёй, к примеру.

Вот только после свадьбы я сделал всё, чтобы обрубить её контакты с Адреасом. Сам не зная, причину того, почему она так рвётся куда-то одна, я в категоричной форме запретил ей это делать. И появлялась она на публике исключительно в сопровождении водителя, охранника, мамы, всех вместе… А я идиот так и не понял, почему мои логичные с точки зрения безопасности меры вызывают столько протестов и скандалов. И да, меня снова отлучили от тела.

Неудивительно, что я Ирку всю ночь валял, почти без продыха, как морячок, только что сошедший на берег. В моём возрасте почти на полгода остаться без женского тела — верх извращения.

Ладно, что было, то прошло. Вот только мне теперь нужно цветы Ваське на могилу отнести. Потому что, если бы не его пьяные гонки по улицам, мне самому пришлось бы решать этот вопрос. И как я мог бы убить мать своих детей? Только, если Матвею настучать, тот всё ещё лишён малейших сантиментов. Но виноватым я бы себя всю оставшуюся жизнь чувствовал, и это негативно отразилось бы на воспитании моих парней. Так что да, Ваське надо цветов притащить, и стакан водки поставить, заслужил, мать его.

В комнате Анны ничего, что указывало бы на её нехорошее поведение, не нашлось. И я перебрался в библиотеку. Единственную комнату, к которой при ремонте никто по моему приказу даже не прикоснулся. А за ремонт тот Анечка с таким энтузиазмом взялась, буквально вцепилась в него и даже выжила мою мать, чтобы под ногами не мешалась.