— Костя, у тебя в высшей степени превосходное тело, но не нужно его демонстрировать мне, потому что ты для меня: а — слишком молод, б — являешься моим довольно близким родственником, и, наконец, в — ты будущий глава моего клана. Конечно, если ты не стыдлив, то можешь ничего не делать, мне будет приятно любоваться тобой, как произведением искусства.

На этот раз мне хватило совести слегка покраснеть и запахнуть халат.

— Не красней, иначе я решу, что между вами с Ирочкой только что произошла весьма пикантная сцена. — Добавила Клара, видимо, решив меня добить.

— Ну что ты, как такое вообще может прийти кому-то в голову, — саркастически заметил я, вовремя прикусив язык и не добавив, что Ира моим телом тоже как произведением искусства любовалась, ничего более. Люблю я перед женщинами в распахнутом халате появляться. Такое вот небольшое извращение. Неужели дамы не порадуют наследника клана Орловых, оценив его достоинства? — Так, что ты здесь делаешь?

— Костя, я пришла выяснить, что ты собираешься делать с организатором этого гнусного нападения? Этот жуткий опыт оставил чудовищный след на наших крошках. — Ну, тут я мог поспорить. Сомневаюсь, что близнецы, да и Стёпка что-то поняли. — Меня засунули в грязный багажник, а ты едва не лишился своих детей и этой милой девушки. А ведь там был ещё и твой крестник, — Клара скрестила руки на груди. — Вот я и спрашиваю, что ты намереваешься сделать с этим ублюдком, с этим куском отборнейшего дерьма, с этим…

— Я понял, — подняв руку, прервал этот поток эпитетов. — Я почти уверен в том, кто это сделал. Они использовали наши телепорты, украденные с военных складов, и мне прекрасно известно, у кого эти телепорты в итоге оказались.

— Я не спрашиваю, знаешь ли ты, кто этот моральный урод, это может Матвей выяснить. Я спрашиваю, ты намерен что-либо с ним делать? — с нажимом произнесла Клара.

— Да, — просто ответил я. — Правда, я вынужден буду оставить вас одних, на неопределённое время.

— Это не страшно, — Клара махнула рукой. — Теперь мы будем во всеоружии. Но я хочу услышать подробности: что конкретно ты сделаешь с этим сукиным сыном? Ты сваришь его в масле, а потом четвертуешь? — Мне слабо представлялось, что можно четвертовать, после проварки в масле, и я с любопытством посмотрел на изящную Клару Львовну, ожидая продолжения. — Или ты каминными щипцами будешь вырывать его яйца, и одновременно наматывать на вертел его вонючие кишки?

Вот на этот раз я моргнул. Такое даже представлять себе не буду, чтобы настрой на длинную и продуктивную ночь не сбить. А Клара между тем набрала в грудь побольше воздуха, но я поднял руку, призывая её к молчанию.