Пусть и над ним полетает птица обломинго, а с меня и песца хватает.

Прямо зоопарк какой-то получается.

— Скажите, Филиппа, если бы вам представилась возможность отомстить тому, кто разрушил вашу семью (это ведь он, де Горт, раскрыл графа Натана и рассказал Стальному кругу, что тот тайно женился на иномирянке), вы бы ею воспользовались?

Ну вот, опять двадцать пять. Получается, де Горта здесь все ненавидят, а отдувается Лиза. Сначала жеребчик склонял к убийству, теперь подстрекает величество.

Ответить категорично «нет» — это может быть чревато, соглашаться непонятно на что — тоже, поэтому я промычала что-то совсем непонятное, а Рейкерд, делая ход, милостиво предложил:

— Не торопитесь с ответом, просто подумайте над возможностью наказать безжалостного убийцу. Во время охоты вам вполне может выпасть такой шанс, и тогда ваши бедные родители наконец-то будут отомщены. Ну а пока… шах, — Каменный король вскинул на меня хищный взгляд, — и мат.

От такого заявления я едва не поперхнулась воздухом и, не веря своим глазам, уставилась на шахматную доску. Не может быть! Я ведь была так осторожна! Просчитывала, продумывала каждый свой шаг!

Но это действительно были шах и мат. И, вместо того чтобы озвучить свое желание, мне придется всю ночь удовлетворять желания этого старикана.

Рейкерд поднялся, не сводя с меня жадного взгляда.

— Чувственная, невинная малышка…

Ы-ы-ы-ы!!!

— Может, у меня получится отыграться? — вжалась я в спинку кресла, а подумав, азартно выкрикнула: — А давайте сыграем на две ночи аморалии!

Увы, его величество не проникся моим запалом.

— Я предпочел бы сейчас заняться с вами другой игрой, не менее интересной. И в ней, моя дорогая наина, вы уж точно выйдете победительницей.

Король поставил меня на ноги. Сцапав за края камзола, притянул к себе и тут же нетерпеливо его распахнул, скидывая на пол. По спине, вместе с мурашками, потянулся колючий холод.

— Надеюсь, герцог еще не успел сделать с вами то, что с такой чувственной красавицей мечтает сделать каждый мужчина в расцвете лет.

И на закате, выходит, тоже.

Это свое «надеюсь» Рейкерд прошептал мне уже в губы за мгновение до того, как впился в них жестким поцелуем. Меня резко тряхнуло. Попыталась рвануться от него, но Каменный держал крепко, вжимая меня в свое тело.

В ушах зазвенело от злости — не очень-то приятно чувствовать себя постельной грелкой одноразового использования! Наверное, поэтому, из-за звона, я не сразу обратила внимание на крики и шум, раздавшиеся за дверями королевской спальни, как будто что-то или кого-то опрокинули на пол.