– Сумка? – переспросил я. – И что я там должен найти?
Недолго думая, я срезал её с пояса и вытряхнул на землю. Скоро он сдохнет, и тогда я могу ничего не узнать. Эликсиры, амулеты, немного денег и какой-то мусор, что за убийца такой? Ничего полезного. А вот за артефакт связи спасибо, я улыбнулся. Но и он оказался не тем, на что указывал мужик.
– Может, ты хочешь, чтобы я посмотрел вот это? – я взял в руки паспорт и показал ему.
Он усиленно закивал. Бедолага уже весь покраснел от натуги. Не знаю, как он ещё держался, ведь грудная клетка была в буквальном смысле вмята внутрь.
– Давай посмотрим, что тут у нас, – сказал я и открыл документ.
Паспорт как паспорт, ничего выдающегося тут нет, кроме фамилии. Я подошёл к нему ближе и присел на корточки, чтобы заглянуть в глаза.
– Ну привет, братец, давненько мы с тобой не виделись, верно?
Кто бы мог подумать, что я встречу здесь своих «условных» родственничков из рода Бяконтовых. И главное – ведь не поздороваться зашёл, по старой, так сказать, дружбе, а со вполне понятными намерениями прикончить меня.
Откупорив эликсир восстановления, я вылил ему его на лицо, чтобы в рот попало не так много, сдохнуть уже не сдохнет, а вот повоевать пока не сможет. Чтобы срастить кости, такого количества пойла не хватит.
– Стасик, какими судьбами? – я хищно улыбнулся своему брату.
После того как родители Дмитрия погибли, Алексей Фёдорович Бяконтов, старый друг семьи, стал опекуном и, собственно, занимался его воспитанием, наравне со своими сыновьями. Так что фактически, все они в какой-то степени стали родственниками.
Дмитрий очень хорошо запомнил двух засранцев Бяконтовых, которые постоянно над ним издевались по любому поводу. И даже был в какой-то степени счастлив, когда уехал жить в интернат, правда, тогда он ещё не знал, чем для него это обернётся.
– Да вот, возвращался с охоты и дай, думаю, заеду, повидаю младшенького, – попытался съязвить он, но в конце закашлялся кровью.
– Ясно, ясно, а ножички зачем в меня кидал? По старой памяти?
– Так ты же первый начал – напал на меня, в окно зачем-то выкинул, – он улыбнулся ртом, наполненным окровавленными зубами. – Нехорошо так встречать своего родственника.
– Нехорошо, – согласился я. – А ещё нехорошо убивать преподавателей. Зачем ты засунул бедную женщину в шкаф для хозяйственных нужд?
Он цокнул языком и отвернулся.
– А ты здорово изменился, – я продолжил. – Постарел, шрам вон на пол-лица, я ведь тебя даже и не узнал. Где это тебя так?
– Вольные охотники, – нехотя ответил он.
Вольные охотники? Первый раз о таких слышу. Но я не удивлён, он же второй сын, а значит, в роду ему ничего не светит. Решил снискать славу среди охотников на тварей, но в таком случае, зачем он припёрся сюда?