Епифанов пытался разработать какой-нибудь план действий, но у него ничего не выходило. Тогда он решил, что какой бы план он в конце концов не придумал, вероятнее всего ему понадобится копия картины. Но где её достать? Для этого нужен художник. Подумав над этим Епифанов вспомнил, что вообще-то у него есть один знакомый художник, с которым они познакомились лет пять назад на одной вечеринке. Этого худого высокого, длинноволосого парня с рыжей бородкой почему-то никто не называл по имени, а только по фамилии – Хмелевский. Когда они познакомились, то сперва Хмелевский показался Епифанову каким-то странным и заторможенным, но потом он понял, что в тот день художник просто что-то такое принял, а вообще-то он был вполне нормальным парнем, с прекрасным чувством юмора. С тех пор Епифанов иногда заходил к художнику на квартиру, которая по совместительству служила тому студией.

Хмелевский как всегда был дома и как всегда встретил Епифанова в домашнем халате, запачканном краской.

– Заходи, друг, – обрадовался художник.

Приятели открыли по бутылке пива, которое предусмотрительно захватил с собой Епифанов.

– Слушай, Хмелевский. Я к тебе вообще-то по делу.

– По делу? Это скучно…

– Ну, то есть у меня для тебя есть заказ. Как для художника. Тебе же нужны заказы?

– Заказ? У тебя? Ты это серьёзно? – рассмеялся под намоченными пивом усами Хмелевский.

– Серьёзно, вот – и Епифанов показал другу фотографию картины – мне нужна копия вот этого, – размеры холста – на обороте.

– Ого, – Хмелевский удивлённо вскинул брови, – А зачем тебе копия Кандинского?

– Так это Кандинский? Не знал… Да это не мне, это меня босс попросил.

– А… Понятно. Ну, нарисовать то я могу, но эксперты сразу определят подделку…

– Да нет, он продавать не собирается. Ему для себя.

– Тогда можно. Но, слушай, это же так… Мне конечно так проще, работы меньше, но и бабла за это много мне совесть взять тоже не позволит. Может лучше Рембрандта, или Ван Гога, а?

– Нет, шеф просил достать ему копию именно этой картины.

– Ну, как знаешь…

После того как они договорились о цене и сроках, Епифанов отправился домой. Несколько дней он провёл в раздумьях о том, как ему попасть в дом к владельцу картины. В конце концов он решил отправится на место и осмотреться.

Это был частный дом с небольшим участком земли, но находился при этом в черте города, хотя и на его окраине. За высокой оградой разглядеть почти ничего было невозможно. Епифанов принялся ходить туда-сюда вдоль ограды в надежде, что вскоре он что-нибудь придумает. Где-то минут через двадцать ему действительно пришла в голову одна идея. Епифанов подошёл к воротам, отыскал звонок и позвонился. Через пару минут окошко калитки опустилось и в нём показалось хмурое лицо охранника.