– Ну хорошо, – успокоился Капустин и отдал конверт Епифанову.

Как выяснилось ему нужно было уничтожить не много не мало главаря одной из известных в узких кругах преступных группировок, которая занималась в основном наркобизнесом. На совести этого ублюдка были сотни трупов.

Когда Епифанов убедил себя в готовности к действию он решил начать с выбора оружия. Епифанов не надеялся, что ему удастся подобраться к жертве слишком близко и, поразмыслив, решил остановиться на снайперской винтовке. Где её достать Епифанов не имел ни малейшего понятия, поэтому решил действовать наобум.

Через пару часов он уже звонил в дверь Хмелевского. Художник, на котором был всё тот же старый халат, но теперь ещё больше испачканный краской открыл ему.

– А, любитель Кандинского… Заходи.

– Что привело тебя ко мне на этот раз? – спросил Хмелевский, открывая бутылку пива. – Ещё какой-нибудь шедевр тебе набросать?

– Нет, – ответил Епифанов, – теперь мне нужно кое-что другое… – и он рассказал Хмелевскому о цели своего визита.

– Приятель, ты с ума сошёл? Я художник, а не торговец оружием! Какого чёрта ты пришёл с этим ко мне? Ко мне! Ну надо же…

– Ну, просто я подумал, что раз ты где-то достаёшь травку, то…

– Ага потрясающая логика… Я даже не хочу ни о чём таком думать! Зачем мне это? – Хмелевский возмущённо раздувал щёки и вращал глазами.

– Ладно, друг, извини. Хотел предложить тебе двадцать процентов от цены, которую предложат за эту игрушку, но вижу ошибся…

Епифанов одним глотком допил пиво, поставил бутылку на пол, встал и пошёл к выходу.

Уже у дверей Хмелевский догнал его.

– Подожди, не кипятись… Сколько ты говоришь процентов ?..

Через пару дней Хмелевский позвонил Епифанову, сказал, когда и куда тот должен подъехать и объяснил все подробности сделки. Епифанов поблагодарил друга и повесил трубку. На следующий день он сидел на скамейке в одном из пригородных парков. Рядом с ним стоял рюкзак средних размеров, в котором находились деньги. Через пять минут на аллее появился ничем не примечательный человек в светлой куртке и с большой спортивной сумкой в руке. Он присел на скамейку рядом со Епифановым и поставил сумку рядом. Через пять минут человек встал, но вместо сумки забрал рюкзак Епифанова и ушёл в направлении противоположном тому откуда появился. Ещё через пять минут Епифанов подхватил довольно увесистую сумку и ушёл в ту сторону откуда появился тот, кто эту сумку принёс.

Епифанов сидел среди камней и смотрел в окуляр бинокля на огромный дом, который проглядывал сквозь стволы деревьев в двухстах метрах впереди и метрах в пятидесяти ниже от него. Он занимался этим уже довольно давно. За всё это время во дворе особняка появлялись только немногочисленные охранники, прислуга и девочка лет трёх-четырёх с крупными кудряшками и большим розовым бантом на голове, которая всегда прогуливалась только в сопровождении няни и, судя по всему, приходилась будущей жертве Епифанова дочерью. Близился вечер, и Епифанов уже готовился к тому, что его ожидания на сегодня останутся тщетными, когда в поле зрения бинокля мелькнул подъезжающий к особняку лимузин. Епифанов отложил бинокль в сторону и взял в руки ружье. Он приложился к окуляру прицела и навёл его на остановившийся перед особняком лимузин. Объект вышел из лимузина и стал о чём-то говорить с подошедшим к нему охранником. Вдруг дверь особняка распахнулась и на пороге показалась та самая маленькая девочка, которую Епифанов уже видел раньше. Няня выглянула следом. Девочка побежала навстречу объекту. Тот присел на корточки, обнял подбежавшую девочку, взял её на руки и вместе с ней скрылся внутри особняка. Епифанов опустил ружьё и устало прислонился к поросшему мхом камню. Какое-то время он просидел на месте в раздумьях. В конце концов он решил остаться до утра и попытать счастья ещё раз. Приближалась ночь. Как только стемнело Епифанов закутался в предусмотрительно взятый с собой спальник и попытался уснуть. К утру он сильно замёрз. Немного размявшись и прикончив остатки кофе из термоса Епифанов продолжил наблюдения за особняком. Чрез час его терпение было вознаграждено. Сначала перед входом в особняк появился вчерашний лимузин, а минут через десять из дверей вышел объект. Епифанов сконцентрировался и поймал его на прицел. Теперь оставалось только нажать на курок, но этого как раз и не происходило. Указательный палец правой руки Епифанова чувствовал прикосновение металла, но не в силах был надавить на него. Объект сел в лимузин и уехал. «Что теперь? Продолжать торчать здесь в ожидании возвращения объекта и попытаться снова?», – думал Епифанов. Такое решение напрашивалось само собой, но… Он уже начинал понимать, что это бесполезно. Ничего не получится.