— Тайра, у тебя всё хорошо? Тебе самой не плохо… Ну… Из-за всего этого? — с сочувствующим выражением на лице проговорил студент.
Взгляды молодых людей встретились, но лишь на мгновение, и в тот момент Рэйми распознал в чудесных серых глазках эмоцию страха и тревоги. Очаровательная бедняжка будто бы просила её приголубить и пожалеть. Это ощущение подсказало молодому человеку, что нужно не отпускать руку, а сжать её чуть сильнее.
В ответ студентка грубо вырвалась и зло уставилась на парня.
— Чего прицепился⁈ Тебе что, втащить⁈ — яростно прокричала Тайра.
Рэйми растерянно застыл с раскрытым ртом. Её ласковые поглаживания, а потом испуганный вид создали у него впечатление, что было бы не лишним проявить инициативу. Оказалось нет. Реакция зверолюдки получилась ужасная. Не зная, как спасти положение, парень с расстроенным виноватым видом просто пялился на сердитую одногруппницу.
— Да иди ты к чёрту, Рэйми! — в итоге высказалась девушка и быстрыми широкими шагами умотала в заросли.
Когда её шаги стихли вдалеке, студент в сердцах стукнул кулаком по кокосу. Возникшая боль помогла притупить его моральные страдания. Он всё же умудрился как-то всё испортить.
В душе у Рэйми затаилась сильная обида на себя и на Тайру. И вот в таком ментальном состоянии парень занялся выковыриванием мякоти из скорлупы. Используя нож, он с ненавистью всаживал остриё в дырочку на твёрдом шаре и остервенело кромсал всё что было внутри. На пальцах у него начали появляться кровящие царапины, но молодой человек не отвлекался на прижимание ватки или наклеивание пластыря.
«Пускай кровит.» — думал он — «Может сдохну и окончу свою бесполезную жизнь…»
Работа по очищению внутренности кокоса требовала больших усилий и терпения. Мякоть очень неохотно отставала от скорлупы. Острым камнем Рэйми расширял отверстие для питья до пяти-семи сантиметров в диаметре. Затем вонзал в белую твёрдую сердцевину нож и жёстким нажимом срезал немного стружки. Получившееся крошево парень оставлял внутри коричневого шара. Этот кокос он решил выделить под накопление съедобной мякоти, а уже следующий превратить в чашу для воды.
Исцарапанные исколотые пальцы болели, но молодому человеку было пофиг на столь незначительную боль. То, как его ранила Тайра, не шло ни в какое сравнение…
Через минут двадцать после своего ухода зверолюдка вышла на пляж где-то на пятнадцать метров правее, чем стоянка студентов. В руках она несла большую охапку сухих веток, за которой почти не было видно её головы. Одни чёрные ушки торчали.
Девушка в болтающихся на ногах кроссовках притопала к товарищам, молча прошла мимо Рэйми, бросила хворост возле своих заготовок и, не обмолвившись и словом, снова шмыгнула в лес. Парень думал, что она как-то отреагирует на кровь на его кисти, но нет, ноль эмоций.